Варвар

У женщины дрожали руки, она с большим трудом подняла тяжелую трубу к глазу и поразилась тому, насколько мощной она была. Стоило ей найти на морской глади фрегат, как она увидела его палубу, а на ней отца, вцепившегося в бортик. Рядом с ним стоял Кэрол и что-то говорил, Айлита только кивала, явно не находя слов.

− Он мертв, − сообщил Энрар. – Умер от яда, который ему подбросил Штэрд через дочь палача. Он хотел сбежать, используя доброе отношение людей к барону, но теперь всё будет как ты хотела, как он хотел.

Вилия обернулась, выронив трубу на камни городской стены. Она смотрела в черные матовые глаза, словно неживые, и в ее иссохших за этот день глазах снова появились слезы, только уже совсем другие, не горькие, а теплые, возвращающие ее к жизни.

− Рар, − только и прошептала она и просто крепко обняла его, уткнувшись носом в его плечо. – Прости меня, я должна была тебе всё рассказать, прости, я правда люблю тебя.

− Не понимаю, о чем ты там лапочешь, − ответил Энрар, крепко обнимая ее в ответ и тихо шепча на ухо: − Я никому тебя не отдам − ни людям, ни смерти, ни самому себе в гневе.

− А Арон? – спросила Вилия, сжимая рубашку на плечах мужчины. – Он остался там?

− Нет, он решил остаться с нами, так что он ждет нас внизу, − прошептал Энрар, вздыхая.

− А Крайд? – почти беззвучно прошептала Вилия, боясь, что их услышат стражники, которые разошлись и держались на почтенном расстоянии от начальника.

− Он догадается, но ничего не докажет, − спокойно ответил Энрар, гладя ее по спине. – Штэрд подтвердит мои слова в обмен на быструю смерть без пыток."

"− А кто ему ее даст? – испуганно спросила Вилия, не пытаясь скрывать, что волнуется за супруга. – Тебя же к нему не подпустят…

− Я в отпуске, смертью займется палач, − отвечал Энрар, постепенно смягчаясь и зарываясь носом в ее темные волосы.

− О, Морской Бог! Как же я была глупа, − простонала Вилия.

Отстранившись, она заглянула мужчине в глаза. Те не были уже дикими, просто темными с лукавым прищуром.

− Я подумаю, − ответил Энрар, − а ты попробуй заслужить мое прощение.

− Так? – робко спросила Вилия и, забывая о свидетелях, встала на носочки, чтобы коснуться губами его губ так нежно, как только могла, чтобы доказать, что действительно любит его.

Энрар усмехнулся и отстранился.

− Этого будет мало.