Варлок

Но между тем мне почему-то казалось, что отодвигать проблемы нашей рыжей подруги на второй план – нечестно по отношению к ней.

Да – скорее всего, я не видел картины целиком, и действительно, прежде чем предпринимать что-либо, следовало как следует поразмыслить над сложившейся ситуацией. Ведь если Нина с Юлей правы, и сам факт проникновения чужаков на территорию кампуса сам по себе создаёт кучу неприятностей, то во всём этом вопросе просто не остаётся места для суеты и гусарства. И тем не менее все эти проволочки…

Уж такой вот я, видимо, человек, что из-за «частного» не в состоянии был сосредоточиться на «целом».

Кем они могли быть? Работорговцы, о которых в последнее время всё чаще пишут и говорят в новостях? Эта преступная индустрия в двадцать первом веке приняла совсем уж уродливые формы, потому как, как и всё в нашем мире, изменилась с появлением магии.

Я поморщился, вспомнив, как рассказывал Петру о гомункулах. Тогда я намеренно не стал углубляться в объяснения на тему того – для чего именно современная мафия использует искусственно созданных людей, хотя в Викилории был целый раздел, посвящённый этому вопросу. Безмозглые «Кены» и «Барби» на любой вкус и цвет, способные круглые сутки безропотно приносить прибыль хозяевам, давно уже потеснили классических жриц любви, а потому торговцам живым товаром обычные женщины были в общем-то неинтересны.

Новая работорговля строилась в первую очередь на продаже новорожденных детей. Во многих странах орудовали шайки и целые структуры, специализирующиеся на похищениях одарённых девушек. Их вывозили на так называемые «Молочные фермы», расположенные чаще всего в странах типа Османо-Турецкой Империи или Магриба, где было узаконено рабство, и превращали там в живые и полуразумные «инкубаторы» для вынашивания потомства.

Я медленно покачал головой. Нет! Попади эти моральные уроды в колледж, они бы сработали на окраине, а Нинин особняк от неё слишком уж далеко.