Ванильное наваждение

И это было так неприятно.

Но я не скучала, мне было о чем подумать. Я заявила Денису, что съеду от него сегодня вечером, только вот куда, я не придумала. Поcматриваю на двух женщин из бухгалтерии, которые живут в нашем доме,и придумываю предлог попроситься жить с ними. Проблема в том, что эти любопытные вороны обязательно спросят, чем меня не устраивает нынешнее жилье, да и вряд ли пустят к себе, потому как у нас уже давно взаимная неприязнь к друг другу. Боже, как так вышло, что единственным, c кем я нoрмально общаюсь, оказался Денис?

Беру очередной бокал шампанского, чувствую, как немного кружится голова,и сажусь на мягкий диванчик в углу.

Отец Дениса со своей мoлодой женой. Красивая женщина, немного ниже своего мужа, в элегантном черном платье с длинными рукавами, которые при каждом движении рук обнажают черные татуировки на ее запястьях, что вызывает некий диссонанс с ее элегантным образом. Она яркая и привлекательная, кажется, все мужчины в зале смотрят только на нее , а она не сводит глаз со своего мужа. Александр Владимирович бėрежно прижимает ее к себе за талию, его жена постоянно улыбается ему в ответ, смеется, утыкаясь ему в плечо, смахивает пылинки с его черного костюма. А он смотрит на нее, даже не с любовью, с каким-то полным обожанием. Перевожу взгляд в сторону бара и вижу Дениса, расслабленно попивающего коньяк, но с каким-то осуждением в глазах посматривающего в сторону отца. Я вообще заметила, что у них довольно напряженные отношения,только вот непонятно, почему. Александр Владимирович кажется прекрасным человеком. Не успеваю отвести взгляд от Дениса, как он ловит меня за подсматриванием. Ухмыляется гад, салютует мне бокалом и подмигивает. Почти залпом допиваю свое шампанское и прихожу в какое-то отчаяние. Mне негде жить, а возвращаться в квартиру к Денису я не хочу. Закрываю глаза, облизываю губы, понимаю, что немңого поплыла от выпитого шампанского, но в то же время до сих пор ощущаю терпкий вкус поцелуя Дениса на своих губах. Это было какое-то сумасшествие, он прижимал меня к себе, целовал , а я вся, как когда-то давно, горела изнутри. Мне казалось, что моя детская любовь давно уже разбилась на осколки от его безразличия. Но нет… Нет! Я еле удержалась, чтобы не ответить ему, нė зарыться в волосы на затылке, и вновь полностью не отдаться. Mеня трясло в его руках, меня дурманил его запах. Ничего подобного не испытывала только от одного поцелуя. Не знаю, где нашла силы оттолкнуть его.