В плену Зверя

Просто не хотелось, чтобы девочка расплачивалась за то, что просто попала в передрягу и переспала с ним. Или чтобы она страдала. Вот просто хотелось – и все. Но не слабость. Точка.

И когда ему сказали, где она, когда Дамир увидел ее целую и невредимую в этой крохотной бедно обставленной квартире, в крови ядом закипела ярость и глухое раздражение. Едва сумел он сдержаться и вспомнить, что женщин он никогда не бил и не станет. Хотя прямо сейчас хотелось взять ремень и отхлестать Марину по заднице, как непослушную девчонку, которая даже не понимает, в какой опасности находилась.

Но все же не сдержался. Пережал, передавил, взял силой. И в конце, когда Дамир увидел ее слезы, пустой взгляд, стало противно от самого себя. «Ничего не сказать – хорош мужик. Напугал слабую девочку, показал силу. Я же тебя не так воспитывал» – звучал в голове строгий голос деда, который с детства растил его и всегда был вместо внутренней совести.

Она тихо плакала, забившись в угол машины, а его зверь внутри рвал и метал. И хуже всего было то, что он сам стал причиной ее слез.

Марина избегала его еще больше, чем прежде. И приступы вины иногда захлестывала злоба. Разве он ей что-то должен? Она должна была слушаться! И вообще, какая ему разница, что она там переживает? Для него она просто очередная игрушка – и не больше.

"Вот только тело реагировало совсем не так, как обычно. Он имел Каринку жестко, долго, почти без прелюдий. Знал, что ей, в отличие от Марины, нравилось пожестче – она только страстнее становилась, когда он проявлял силу и вдалбливал ее в постель.

– Ты куда, Дамирчик? – истомно прошептала любовница, когда он снял с себя девку и направился в душ.

Зверь раздраженно отмахнулся, закрыл за собой дверь, и остановился напротив зеркала. Взглянул в неудовлетворенные злые глаза и сам у себя спросил:

– Какого хера тебе надо? Красивая баба, твоя – пользуйся.