В поисках любви

Она снова превратилась в настороженного гадкого утенка с тусклым оперением, однако не могла забыть, что на протяжении нескольких часов была великолепным лебедем. Кингстон возжелал ее и собирался любить. Это целиком меняло дело.

Ей больше нечего было ему сказать. Весь остаток дня они скакали молча. Вечером Сакарам поставил три палатки: для нее, Кингстона и всех остальных. Они ужинали на белой скатерти, пили из хрустальных бокалов, но не могли сказать друг другу и двух слов. На протяжении всей трапезы Кингстон просто смотрел на нее, не отводя глаз, словно старался разглядеть в ней ту, которую накануне чуть было не соблазнил.

Эмма так утомилась от продолжительной езды в седле и неудобной одежды, что долго лежала с открытыми глазами в крохотной палатке, завешанной противомоскитной сеткой. Единственным предметом, придававшим походному жилью уют, был алый коврик – подарок Кингстона. Путешествие грозило превратиться в тяжкое испытание, если им так и не удастся восстановить прежние легкие отношения. Она твердо решила не дуться, чтобы не портить себе жизнь.

Не исключено, что вчерашнее происшествие объяснялось всего лишь избытком выпитого: недаром она почувствовала исходивший от него запах бренди. В таком случае он теперь в не меньшей степени, чем она, сожалеет обо всем сказанном и сделанном. Она подумала, что, в конце концов, не его надо винить в сюжетах, украшающих стены и потолок в павильоне Сайяджи Сингха. Кроме того, нельзя забыть, как он возмутился при появлении женщин. Возможно, девочка и впрямь пришла спеть ему песню и всему виной чрезмерная подозрительность Эммы?

Конечно, поведение Кингстона не было совсем уж безупречным, однако Эмма была слишком строга к нему.

Разве он виноват во всех грехах Индии? Хватит с него его собственных. Однажды она уже давала себе слово не обвинять огульно, не торопиться с выводами. Надо и теперь во что бы то ни стало придерживаться этого мудрого решения.

С этой мыслью Эмма уснула.

Следующие два дня прошли относительно спокойно, не считая случая, когда она во время привала ослабила своей кобыле подпругу, а потом забыла затянуть.

Моргана испугалась выпорхнувшей у нее из-под копыт птицы; седло съехало, и Эмма повисла, держась за лошадиную гриву. Дело кончилось бы падением, если бы на помощь не подоспел Кингстон.

– Всегда проверяйте подпругу, прежде чем садиться на коня, Эмма, – только и сказал он, но Эмма переживала случившееся до конца дня. Проверка подпруги – мелочь, о которой и без подсказок помнит любой опытный наездник.