В объятиях тьмы

А сейчас он не мог позволить себе столь изысканное развлечение. — Плыви к рыбам.

Она промурлыкала:

— Но ведь ты сам меня позвал!

— Даже не думал.

— Нет, позвал.

— Не звал.

— Звал.

— Черт… — Остановившись, Леве воздел руки. — Это же абсурд. Почему бы тебе не убраться?

Она кокетливо поправила длинный локон.

— Говорю же тебе, ты меня вызвал. Пока не рассеются чары, я твоя.

— Так рассей же их. Посылаю тебя прочь. Уходи.

Она надула полные губы.

— Для горгульи ты очень несведущ.

Он сердито хлопнул крыльями.

— Отлично. Скажи, что мне сделать, чтобы ты исчезла с моих глаз?

Ее лицо помрачнело.

— Ты не находишь меня красивой?

— Я нахожу, что жирафы очень красивы, но это не значит, что мне бы понравилось, чтобы один из них таскался за мной, куда бы я ни пошел.

— Ты не очень-то любезен, горгулья. — В лунном свете ее кожа начала мерцать. Много веков это мерцание сбивало с пути моряков, увлекая их к погибели. — Ты должен сказать, что я прекрасна и что ты умираешь от желания быть со мной.

— Я умираю от желания, чтобы меня оставили в покое, вот и все, — рявкнул Леве. — Хоть бы ты замолчала!

Синие глаза сделались большими, словно блюдца, губы шевельнулись, но — о чудо! — воцарилась благословенная тишина.

Леве задумался. Неужели она следует его приказаниям? Нет, это был не приказ. Это было желание.

На губах горгульи заиграла хитрая улыбка.

— Ага. Вот, значит, как. Загадываю три желания, а потом ты возвращаешься в реку.

Сложив руки на полной груди, женщина взирала на него с нескрываемой досадой.

Постучав себе по подбородку огромным когтем, Леве тщательно обдумал, на что может сгодиться столь неожиданно привалившее ему счастье.

Одно желание он использовал, чтобы заставить ее замолчать. Желание, потраченное весьма разумно. Но оставались еще два.

Что же с ними делать?

Покачнувшись, Данте ухватился за край ближайшего стола.

— Данте, что с тобой? Что такое?

Дернув головой, Данте обернулся и увидел перед собой Сантьяго.

— Горгулья, — отрывисто бросил он.

Сантьяго быстро осмотрел пустой вестибюль.

— Он вернулся?

— Нет, он сумел установить со мной мысленный контакт.