Чужая маска

Не сажать же ее в камеру, она там всех с ума сведет или сама что-нибудь отмочит»."

"– Людмила, вы хорошо понимаете, что у нас с вами тут происходит? Вы признаетесь мне в совершении тяжкого преступления. И если суд сочтет вас виновной, вам грозит суровое наказание.

– Да, я понимаю, – спокойно ответила Исиченко, но блеск ее глаз Насте не понравился.

– Вы готовы повторить ваше признание в присутствии следователя и подписать протокол, в котором будут записаны ваши слова?

– Я готова, если это недолго.

Настя быстро набрала номер телефона Ольшанского.

Его жена сказала, что Константин Михайлович тоже «отсиживает» на работе, но в прокуратуре Настя его не застала. Она дозванивалась по нескольким телефонам, пока наконец ей не сказали, что Ольшанский выехал на какой-то избирательный участок, потому что некто позвонил и сообщил, что там заложена бомба. Настя совершенно растерялась, она плохо представляла себе, как должна поступить.

– Людмила Борисовна, вы могли бы написать все то, о чем сейчас мне рассказали?

– А следователь?

– Я не могу его найти, он выехал на происшествие.

Конечно, я хотела бы, чтобы вы его дождались, но раз вы просили долго вас не задерживать, то на всякий случай напишите признание собственноручно.

– Хорошо, – вздохнула Исиченко. – Если так надо, я напишу.

«Грош цена этому признанию, даже собственноручно записанному. Единственная улика – это совпадение деталей. Если бы она призналась сразу, можно было бы поработать со следами. А через три недели да при такой погоде – какие уж там следы…»

– В чем вы были одеты в момент убийства?

– В куртке, – удивленно подняла глаза Исиченко.

– В какой именно?

– Черная кожаная куртка на меху.

– Где она сейчас?

– Дома, висит в шкафу.

– Мы должны будем ее изъять.

– Конечно, если так нужно.

«Уже хорошо, – перевела дух Настя. – На куртке должны остаться следы пороха. Если их там не окажется, значит, ее признание – чистая «липа». Или бред больного воображения, или она кого-то выгораживает, кого-то, кто вертит ею, как безмозглой куклой».

– Какое было оружие? Пистолет или револьвер?

– Но я же его оставила там, возле Леонида. Разве вы его не нашли?

– Нашли.

– Тогда почему вы спрашиваете?

– Так положено, правила такие.

– Пистолет.

– Какой марки?

– Я не разбираюсь. Но он был с глушителем.

– А вы точно уверены, что пистолет? Вы же не разбираетесь.

– Леонид сказал, что будет спрятан пистолет. И потом, я же знаю, у револьверов барабан, а у пистолетов – магазин.