Чужая маска

Я вас правильно понял? Вы именно об этом хотели спросить?

– Да-да, спасибо вам, – заторопилась она подхватить спасательный круг. – А то сейчас, сами знаете, как можно влипнуть. Всюду реклама каких-то частных клиник, а можно ли им верить? Занесут еще какую-нибудь гадость, потом всю жизнь лечиться придется. Или почистят плохо. Ну, я поеду. С Новым годом пока не поздравляю, я вам позвоню в праздник, если вы не возражаете.

– Буду рад, голубушка, от души буду рад. Всего вам доброго.

Он помахал ей рукой, но не встал со скамейки до тех пор, пока машина Натальи не скрылась из виду.

Наталья Досюкова ехала домой, испытывая огромное облегчение. Ей вовсе не было жалко тех денег, которые она только что отдала. Деньги, конечно, немалые, да что там говорить, большие, огромные, но ведь она в конечном счете получила больше. Намного больше. Так что и говорить не о чем, дело того стоит. Зато она почувствовала себя увереннее. Виктор Федорович был для нее как бы стеной, стоящей между ней самой и совершенным ею тяжким грехом.

День складывался удачно, а впереди еще свидание с Вадимом…

Она заехала по дороге в большой магазин, купила кое-что к ужину, чтобы красиво накрыть стол, и вернулась домой, нагруженная пакетами. Ровно в четыре позвонил Вадим, видно, тоже ждал встречи с нетерпением. Наталья к его приходу приняла душ, вымыла и высушила феном блестящие темные волосы и слегка подкрасилась, так, для проформы, лицо у нее и без косметики было ярким.

Когда Вадим вошел в ее квартиру, у Натальи тоскливо сжалось сердце. Он был таким красивым, большим, веселым и жизнерадостным! Любитель и ценитель хорошей еды и хорошего, неторопливого, со вкусом и выдумкой секса. А что она видела за последний год, с тех пор, как арестовали Женю? Кабинеты следователя, оперативников, прокуроров, суд, адвокаты, свидания.

– Натулик!

Вадим подхватил ее на руки и крепко поцеловал. Он приехал на машине, но снег был таким обильным, что куртка его все равно успела намокнуть. Прикосновение холодной мокрой ткани к коже было неприятным и заставило Наталью поморщиться.