В объятиях страсти

 – Может, здраво пораз­мыслив, ты решила, что не стоило выставлять меня из своей постели?

– Ничего подобного! – с негодованием воскликнула Сирена.

Подняв с пола брошенное впопыхах платье, Трейгер усадил девушку на кровати и, невзирая на ее протесты, приказал:

– Сиди смирно. Ты не можешь одеться самостоятель­но, а кроме меня помочь тебе некому. Неужели нельзя хоть раз спокойно принять мои услуги?

Придерживая одеяло на груди, Сирена неохотно позво­лила ему натянуть ей через голову платье с оторзанным рукавом.

– А чьи это голоса я слышала вчера вечером? – неожиданно спросила она.

Трейгер на секунду оторвался от своего занятия.

– Голоса? – переспросил он, с абсолютно невинным выражением лица продолжая трудиться над застежками ее корсажа.

Девушка заподозрила бы его в заговоре с Оливией, если бы совершенно точно не знала, что мачеха в Нью-Иорке.

– Только не говори, будто мне все приснилось, – заявила Сирена.

– Боюсь, что так оно и есть. Никого здесь не было.

Неужели ошиблась? Конечно, она еще не пришла себя после падения и находилась под впечатлением жутких сновидений, навеянных грозой, но все же…

– Пора выбираться отсюда, – сказал Трейгер, помо­гая Сирене встать. – У меня назначена встреча в Нью-Рошели этим утром. – Он медленно обвел пальцем совершенную линию ее подбородка. – Как бы мне ни хотелось провести с тобой весь день, нельзя до бесконеч­ности пренебрегать своими обязанностями.

– Обязанностями? – ухватилась Сирена за возмож­ность выяснить, какие же занятия позволяют ему так эле­гантно одеваться.

Без труда разгадав ее хитрость, Трейгер усмехнулся:

– Ты не из тех, кто сдается, верно?

– Удивительная скрытность во всем, что касается вас лично! – едко заметила она.

– Мы с тобой два сапога пара, Сирена, – парировал он, смерив ее оценивающим взглядом. – Целеустремлен­ные и упрямые.

– Эти черты достались мне в наследство. Ну а вы как ими обзавелись, жизнь заставила?"

"Поддерживая девушку, Трейгер увлек ее в другую комнату.

– Я родился с этими качествами, но довел их до со­вершенства упорной тренировкой. Пойдем. Если мы за­держимся здесь чуть дольше, ты заставишь меня забыть о том, насколько я целеустремлен.

Чувство непонятной опустошенности овладело Сиреной, когда она вдохнула свежий после грозы утренний воздух. Девушка вдруг почувствовала, что будет тосковать по его объятиям, по его сильному телу.