В объятиях страсти

Не подвергнет ли он Трейгера допросу с пристрастием относительно благонадежности его молодой жены? Но интуиция подсказывала ей, что с Болдуином не все чисто. Девушка знала, что Ангус Болду­ин – отец Клариссы. Может, она не доверяет ему по той простой причине, что у Трейгера связь с его дочерью? Сирена уже жалела, что поделилась своими подозрениями с генералом. Наверное, следовало разобраться в собствен­ных мотивах и выяснить для себя, что ею движет, помимо желания вывести на чистую воду предателя.

Эти невеселые размышления были внезапно прерваны.

Роджер улыбнулся, в темных глазах мелькнуло веселье.

– Не хотите ли еще?

– Пожалуй.

«Если это поможет пережить предстоящую ночь, – подумала она, – то я готова выпить еще не один бокал, чтобы погрузиться в бессознательное состояние». Роджер исчез в толпе, а Сирена постаралась подавить очередной приступ беспокойства.

Вдруг Трейгер придет в ярость из-за того, что жена посмела обратиться к генералу, обвинив в измене одного из его офицеров? Может, она действовала тем же образом, что и неведомая личность, которая предала ее и Натана? По мере того как вечер продолжался, тревожные мысЛи все больше овладевали ею.

С вымученной улыбкой на лице Сирена приняла бокал из рук Роджера. Вино ударило ей в голову, и сомнения постепенно исчезли, уступив место безрассудному веселью. Ее беззаботный смех лихорадил толпившихся вокруг воен­ных, которые вели себя так, будто целую вечность не виде­ли женщину.

Раздосадованный Трейгер вышел из кабинета. Он оки­нул взглядом собравшихся и увидел, что его молодая жена находится в центре внимания. Первым порывом было вы­тащить ее из толпы, но он заметил брата, который, стоя в стороне, наблюдал за очередью из офицеров, терпеливо ожидавших, пока Сирена закончит пить, чтобы пригласить ее на танец.

– Роджер, мне надо извиниться перед тобой, – на­чал Трейгер.

– Не вижу необходимости. Я знал, что твоя возьмет. Как всегда.

– И ты не сердишься? – настаивал Трейгер, озада­ченный неожиданным поведением брата и уверенный в том, что Роджер был готов сражаться за неугомонную девицу.

– Да нет. Как говорится, в любви и на войне все средства хороши.

Глубокая складка пересекла лоб Трейдера.

– У меня такое чувство, что меня провели, – протя­нул он, глядя брату в глаза.