В объятиях смерти

Мисс Сэмпл могла переехать. Могла выйти замуж.

— Простите, — сказала я, — Сэмпл — ее девичья фамилия.

— Вы знаете ее фамилию после замужества?

— Как ужасно. Я должна бы знать...

— Джин Уилсон?

Я неуверенно помолчала.

— У нас есть Джин Уилсон, — продолжал голос, — одна из наших психотерапевтов, которая занимается трудотерапией. Вы можете подождать?

После очень короткой паузы она заговорила снова:

— Да, мэм, Сэмпл указано как ее второе имя, но она не работает по уик-эндам. Она будет в понедельник с восьми утра.

— Вы не могли бы сказать мне, как с нею связаться?

— Нам не разрешается давать домашние телефоны. — В голосе появились подозрительные нотки. — Если вы мне скажете свое имя и номер телефона, я попытаюсь сообщить о вашем звонке и попросить ее перезвонить вам."

"— Боюсь, что я недолго буду находиться по этому номеру. — Я какое-то время подумала, а затем разочарованным тоном уныло добавила: — Я попробую в другой раз, когда снова буду неподалеку. Полагаю, я могу написать ей по вашему адресу, в «Вальгаллу».

— Да, мэм, разумеется.

— И этот адрес?..

Она дала мне адрес.

— А имя ее мужа?

Пауза.

— По-моему, Скип.

Иногда это уменьшительное от Лесли.

— Миссис Скип или Лесли Уилсон, — пробормотала я, как бы записывая. — Спасибо вам большое.

В справочной мне сообщили, что в Шарлоттсвилле есть один Лесли Уилсон, один Л. П. Уилсон и один Л. Т. Уилсон. Я начала звонить. Мужчина, который подошел к телефону, когда я набрала номер Л. Т. Уилсона, сказал мне, что «Джини» ушла по делам и будет дома примерно через час.

* * *Я понимала, что Джини Уилсон вряд ли будет отвечать на вопросы незнакомому человеку по телефону. Она, скорее всего, будет настаивать на том, чтобы сначала поговорить с доктором Мастерсоном, на этом все и закончится. Однако несколько сложнее будет отказать тому, кто появится во плоти у ее двери, особенно если этот человек представится главным медицинским экспертом и в подтверждение предъявит соответствующий значок.

В джинсах и красном пуловере Джини Сэмпл Уилсон выглядела не старше тридцати лет. Она оказалась бойкой брюнеткой с доброжелательными глазами и кучкой веснушек на носу, ее длинные волосы были завязаны сзади в хвост. Через открытую дверь гостиной были видны два мальчугана, смотревшие мультики по телевизору, сидя на ковре.

— Сколько времени вы работаете в «Вальгалле»? — спросила я.

— Э... около двенадцати лет, — ответила она после некоторых колебаний.