В моём сердце ты... (СИ)

Последнее было сказано больше для Людмилы Михайловны, которая всегда молча, но выразительно осуждала любые отклонения от заведённого порядка.

Люба протянула ей бумагу, Елена Эдуардовна пробежалась глазами, взяла ручку у своего строгого секретаря и поставила подпись.

– Вот, пожалуйста, – вернула она Любе письмо.

– Спасибо, – пробормотала та и покинула приёмную.

Елена Эдуардовна оставила кое-какие распоряжения секретарю и спустилась вниз, но лишь в машине спохватилась, что забыла папку с документами. Это же просто ужас – какой рассеянной она стала последние дни.

– Извините, вам придётся ещё немного меня подождать, – пояснила она водителю, – я кое-что оставила в кабинете. Придётся вернуться.

Тот ошарашено кивнул. Уж сколько он её возил – впервые она заговорила с ним, как с живым человеком, ещё и извинилась."

"Злосчастная папка с документами оказалась на журнальном столике, рядом с гардеробной. Видимо, пока она одевалась – отложила и благополучно забыла.

Она выскочила из приёмной и помчалась вниз, сунув папку подмышку. Так торопилась, что каблук скользнул по мраморной ступеньке и подвернулся.

«Только бы не сломался!».

Елена Эдуардовна остановилась, ухватилась за перила одной рукой, второй ощупала шпильку. Вроде держится, крепко. Поставила ногу на ступеньку, опробовала, повращала ступнёй.

«Фух, слава богу», – выдохнула она и вдруг услышала этажом ниже Любин голос:

– Пойдём покурим?

– Да ну, вдруг нарвёмся… – второй голос принадлежал Шигибаевой.

– Не нарвёмся, – заверила Люба. – Старуха только что-то куда-то свалила.

Елена Эдуардовна непонимающе нахмурилась: какая старуха? О чём они вообще?

Она уже хотела было спускаться дальше, но Люба вновь заговорила:

– А тебе не кажется, что Старуха на Батурина запала?

– Не знаю…

– Нет, ты подумай: дважды за неделю опоздал, а ему – ничего. Ни-че-го-шень-ки! Когда такое было? Потом – вызывает его к себе постоянно, задания ему даёт индивидуально, ещё и в командировку с собой взяла.

– Нет, не понимаю...

– Ой, Дина! Ну ты чего? Ну, трахает он её, что непонятного? Видела же, какое у него лицо было сегодня, когда он от неё вернулся? Я сразу как на него взглянула – всё поняла.