В моём сердце ты... (СИ)

– Завтра посидишь, а сегодня поехали.

Ехать никуда не хотелось. Хотелось и правда просто быть дома и вообще ничего не делать. Или заниматься чем-то тупым и расслабляющим. Рубиться в КС или валяться на мягком диване и смотреть что-нибудь ненавязчивое по тв.

Минувшая неделя выдалась на редкость тяжёлой и нервотрёпной. Каждый день задерживался допоздна.

Чёртова директриса грузила его персональными заданиями по полной программе, заявив, что раз он помогает другим, значит, своей работы у него мало. Понятно, что делала это намеренно, в наказание, мол, вылез – получай, чтоб впредь не повадно было.

Знала бы она, каких зверских усилий ему стоит держать себя в руках, знала бы, как яростно от её выходок, слов, усмешек клокочет у него внутри, знала бы, что его терпение уже совсем на исходе, не наглела бы так, поостереглась...

– Андрей, ну? – не отступала Ника. – Ради меня?

– Ладно, – сдался Андрей.

Нику, если уж она куда рвётся, и цепями не удержишь.

Родители тоже всполошились, охали, уговаривали, сердились – как об стену горох.

Ника по-птичьи повертела головой, будто пытаясь сообразить, куда идти дальше.  Метрах в двухстах приветливо желтели в ночи квадратные окна супермаркета и мерцала неоновая вывеска «Удача».

– Слушай, как-то не по-людски идти в гости с пустыми руками, а? Заскочим в магазин? Прикупим что-нибудь к столу?

Андрей флегматично пожал плечами и направился в сторону супермаркета.

– Водку купим и поесть что-нибудь, да? – щебетала Ника.

– Как скажешь.

Они бодро обошли стеллажи, загрузили тележку и двинулись к кассе, где, несмотря на довольно поздний час, выстроилась немаленькая очередь.

– Да что там такое? – проворчала Ника. – Застрял, что ли, кто? Второго бы тогда уж кассира позвали.

Андрей подавил зевок и прикрыл веки. Какого чёрта он попёрся? Спать хотелось немыслимо.

– Вы очередь задерживаете! Давайте уже быстрее! – кому-то раздражённо сказала кассирша.

– Сейчас, доча… Мне тут не хватает двенадцать рублей. Можно я завтра занесу?

– Вы совсем уже?! – возмутилась девушка на кассе. – Ишь придумали!

– Андрей, – ткнула его Ника, – есть мелочь?

– У меня карта, – сонно пробормотал он.

– Вы что себе позволяете? – раздался вдруг ледяной и до боли знакомый голос. – Вы почему так с пожилым человеком разговариваете? Маме своей и бабушке вы тоже хамите?

Сонливость сразу как рукой сняло.