В глухих лесах

— Завтра в двенадцать часов утра состоится служба в Нортпорте. В церкви Вознесения. Прости, что так сообщаем тебе, но нам многим еще нужно позвонить. Да, вот так.

Пленка перекрутилась на четвертое сообщение, на которое Кэрол не ответила, — звонил биржевой маклер, с ним она встречалась несколько месяцев назад, чтобы сказать, что он думает о ней, и не занята ли она вечером в следующую среду?

В среду? Идея провести ближайшие дни в беззаботных занятиях вдруг показалась абсурдной. Только смерть сейчас имела значение.

Нашли ее тело…

Энни Дональдсон пропала в апреле. Такое долгое время — никаких улик, ни тела — позволяло надеяться, что она жива, жертва амнезии или какой-нибудь безрассудной страсти, которая заставила ее убежать от безопасной и привычной жизни и открывать себя заново. Кэрол никогда по-настоящему в это не верила, но сейчас рухнули самые робкие надежды.

Она подошла к гардеробу и достала их с Энни фотографию, бок о бок, улыбающихся из-под шапочек с кисточками в последнем классе школы.

Сотни воспоминаний юности пронеслись за один миг у Кэрол в голове: как они советовались, когда у обеих впервые началась менструация, позже обсуждали достоинства мальчиков, разговоры о карьере и еще позже — любовные приключения.

Но теперь не будет никакого «потом». Наконец пришли слезы, реальность обожгла с новой силой. Энни больше нет. Нет, она не просто мертва — она убита. Кэрол вытерла слезы и положила фотографию обратно на гардероб. Завтра она пойдет на похороны, а там слез будет гораздо больше.

В данный момент она хотела уйти от горя, и лучший выход для нее — работа.

Она действительно в этом нуждалась — быть в своей сказке, своем мире фантазии.

Сегодня вечером несмотря на горе, а, возможно, благодаря ему, она знала, что создаст несколько замечательных чудовищ.

Глава 2

Стоял чудесный день бабьего лета; слишком теплый для октября — погода скорее подходила для свадьбы, чем для похорон. Разглаживая юбку своего черного льняного костюма, который помялся от долгого сидения в церкви, Кэрол направилась к дому по мощеной дороге.

В двери белого дома Дональдсонов, построенного в колониальном стиле, постепенно просачивались люди. Кэрол предположила, что родители Энни наверняка стоят там, принимая визитеров. Во время церковного и погребального обрядов у Дональдсонов не было возможности принимать соболезнования. Мать Энни, постаревшая от горя, вошла в церковь, тяжело опираясь на руку младшего брата Энни, Скипа.