Чувства навыворот

— Значит, тем более, нужно рассказать!

— Зачем? Ну, узнает Слава, и что от этого изменится? Ничего, ровным счетом! Именно поэтому не стоит ворошить давно забытое прошлое. Я буду молчать. И ты тоже!

— Я…

— Мы не имеем морального права! — твердо, с нажимом отчеканила Синицина. — Это не наше дело!

— Да поняла я, поняла! — обиженно насупилась Белова, а затем заканючила еле слышно. — Капец, так жалко их всех! И каждого… по-своему.

— Угу.

— А что на это твоя мама ответила? Ну, когда такую правду услышала?

Неопределенно пожав плечами, Ира призналась с грустью в голосе:

— Она отчитала по высшему разряду и запретила даже думать о папе в таком ключе! Потому что следуя ее логике, их прошлое с Красницкими и их личные взаимоотношения с отцом никоим образом меня не касаются! Сказала: мне плевать, будь он хоть сотню раз виновен, я виновата в случившемся не меньше.

И разрыдалась. Я никогда раньше не видела, чтобы мама так сильно плакала. На этом все. Утром мы обе сделали вид, что вчерашнего разговора просто не было. Но, знаешь, я рада, что мама смогла открыться мне. Что доверилась. Ей самой от этого стало заметно легче. Теперь она постоянно улыбается! Смеется. А большего мне и не…

Громкий свист, раздавшийся с другого конца поля, заставил Ирину умолкнуть на середине фразы. Макаров раздраженно рявкнул:

— Работаем ногами, а не языком, если не хотим проблем в конце семестра!

Прекрасно понимая, кого именно он имеет ввиду, Синицына ускорилась, без особых усилий обгоняя парочку одногруппников, бегущих легкой трусцой.

Невинно улыбаясь, Ленка последовала ее примеру.

Сама же гневно зашипела, поглядывая в сторону физрука недобрым взглядом:

— Глазастый, гад! Все-то он видит. Все замечает.

— У-у-у-у-у! — протянула Ира загадочно и весьма красноречиво.

— Что?

— С каких это пор он стал гадом? Если мне не изменяет память, ты всегда готова из кожи вон лезть, лишь бы привлечь его внимание!

— С недавних! — гордо вскинула подбородок подруга. — Больше не хочу!

— Что изменилось?

— Он живет с другой девкой! Вот что!

— И думаешь, я поверю, будто ты с этим смирилась?

— Но я на самом деле смирилась! — пылко возразила Лена.

 — Даже хотела раздобыть освобождение от физкультуры на полгодика, чтобы не пересекаться с ним лишний раз. Только это же не имеет смысла — от его лекций по экономике меня все равно никто не освободит. Так что…

— Скажи честно, ты в порядке?

— В полном! Не переживай за меня, ладно?

— Не могу, Лен! Не могу.