Чувства навыворот

 — Там дело не просто в какой-то левой барышне! Речь идет о девочке, из-за которой он может легко преступить черту, если его хорошенько спровоцировать!

— Виктор Эдуардович? — окликнула его Ирина. Впрочем, если называть вещи своими именами, скорее уж рявкнула на эмоциях, нервно заламывая собственные пальцы. — Можно Вас? На пару слов!

«Пожалуйста! Пожалуйста!»"

"Экс-физрук медленно развернулся. Ему хватило всего одного внимательно-пристального взгляда, чтобы верно оценить ситуацию.

Нахмурившись, он напряженно поинтересовался:

— Почему ты одна? Вы же вместе всегда и везде!

— Как раз об этом я и хотела с Вами поговорить! Если можно…

Спутница Макарова, готова была растерзать ее голыми руками:

— Милая, а тебя не смущает, что «дядя» здесь, вообще-то, не один?

— Нет, тетя! — злобно ощетинилась Ирина. — Конкретно твое присутствие меня не смущает!

— Тихо! — зычно прервал их Виктор. — Я не понял, Синицына? А Белова-то где? Где носит твою подругу? Чего ты глазами хлопаешь? Отвечай! Где Лена?

И тут нервы у Синицыной сдали окончательно.

— Помогите мне, — сморгнула набежавшие слезы, — пожалуйста! Виктор Эдуардович! Я не отпущу Вас, пока мы Ленку не найдем!

* * *Как только она во всех подробностях поведала, что произошло, тут же узнала много нового про их бывшего преподавателя.

Во-первых, трехэтажными матами Макаров кроет так, что уши вянут!

Во-вторых, очень много курит, когда нервничает!

И, в-третьих, всегда готов прийти на выручку, если правильно попросить!

Виктор все же запихнул в такси свою возмущенную яро протестующую зазнобу и отправил до дому, до хаты, свято обещая заглянуть к ней ночью.

Затем переговорил с парочкой охранников «Колизея», работающих на фейс-контроле. Оба указали одно и то же направление, в котором умчалась в ночь Белова — нелегкая понесла ее в промышленный сектор.

— Телефон!

— Чей?

— Твоей неугомонной, сумасшедшей и совершенно неадекватной подруги!

— Неправда! Она не…

— Ирина!

— Извините!

Взяв себя в руки, девушка по памяти озвучила одиннадцать заветных цифр.