Узник страсти

Из того, что Черк не вернулся в сторожку, капитан заключил: Стогамбер согласился отправиться с ним к пещере и устроить там засаду. Он приказал Черку ехать не по дорогам, а через поля Хаггейта, а ближе к восьми часам и сам пошел в хлев седлать Бу. Джон запомнил, как неудобно ему было в пещере в сапогах, и на сей раз обул башмаки. Взлетев в седло, он улыбнулся при мысли о том, в какой ужас пришел бы мистер Баббакомб, если бы увидел, что его друг разъезжает верхом, одетый в шерстяные чулки, покрытые пятнами бриджи, фланелевую сорочку и кожаный жилет.

"Капитан подъехал к условленному месту встречи раньше Сторневея и, пустив Бу шагом, медленно двинулся в сторону холмов. Прошло немного времени, прежде чем стук копыт заставил его обернуться. Сторневей, приблизившийся к нему верхом, был одет в свое пальто с пелеринами и толстый шарф, укутывавший его горло. Джон сразу заметил, что он ужасно нервничает. Генри тут же разразился длинной речью, жалуясь на холодное осеннее утро и заверяя Джона, который его ни о чем не спрашивал, что Коут все еще храпит в своей постели.

– Нет, мистер Сторневей, я не вооружен. Зачем мне это нужно?

– Да мне такое в голову даже не приходило! – запротестовал Генри и от неожиданности начал нести околесицу: – Хотя откуда мне знать, может, вы решили убить меня в этой пещере?

– Зачем мне это нужно? – парировал Джон.

Растерявшись еще больше, Сторневей запутался в паутине неоконченных фраз. Джон слушал Генри, размышляя над тем, что даже если бы он заранее не осознавал, что его ожидает, подобная болтовня вполне могла бы насторожить самого капитана. Похоже, Сторневей физически был не способен молчать и очень скоро поделился с Джоном информацией, представляющей для него интерес.

– Вы не должны называть меня мистер Сторневей, – заявил он. – Теперь я сэр Генри Сторневей, знаете ли!

– Я вас поздравляю, – сухо произнес Джон. – Могу я узнать, когда это произошло?

– О, думаю, около пяти часов! Слуга моего дедушки… – совершенно беспардонный тип!.. – не известил меня, так что точнее я вам сказать не могу. Но дело в том, что хозяин Келландса теперь я и кое-кому скоро придется отчетливо осознать это.