Устоять невозможно

Рома жадно целовал мои губы, руки сминали грудь, а я обхватила ногами его бедра и льнула к нему, показывая как нуждалась в его ласках. Глупо, опрометчиво и так безумно отдаваться этому порыву, этому первобытному чувству страсти, но я ничего не могла делать с этим влечением.

Мужские руки задрали мою футболку и потянули наверх. Я коснулась пальцами его рубашки и расстегнула несколько пуговиц, раздвинув ее полы в стороны, и коснулась твердой мускулистой груди. Через меня словно пускали слабые электрические импульсы.

— Я хочу… тебя, — прошептала я, когда он перехватил мои руки и вопросительно поглядел мне в лицо.

— Знал бы чем в итоге обернется подстроенная встреча в спа-салоне, крепко подумал прежде чем рыть для себя такую глубокую яму, — отозвался он, поцеловал мое голое плечо.

Я снова потянулась к нему. Рома подхватил меня на руки и понёс в мою комнату, положил на кровать. Снял с себя пиджак и рубашку, смотрел на меня потемневшими глазами и ловко расправился со своей одеждой, пока не оказался совсем без неё.

— Перестань на меня так смотреть… — хрипло отозвался он и подошёл к кровати.

А я взгляда не могла отвести от него и его огромной эрекции. Мужчина был идеальным, от одного вида на его красивое тело захватывало дух и начинал гореть низ живота. Он подтянул меня за щиколотку на край кровати, стащил с меня трусики и просунул руку между ног.

— Ты снова вся горишь… — его шепот опалил кожу на теле.

Может быть и вправду подскочила температура, но кажется я достигла точки кипения по другой причине, я сильно желала почувствовать его внутри. Так сильно, что тело начала сотрясать мелкая дрожь. Рома погладил пальцами влажные складочки и ввёл в меня один палец, а я запрокинула голову, наслаждаясь фейерверком эмоций.

— Какая же ты горячая и влажная, — обжигающее дыхание на коже вызвало новую волну дрожи и мурашек.

— Пожалуйста… — попросила я, находясь на грани помешательства, почти как в бреду. Теперь когда я полностью отдалась этим чувствам, дороги назад не было. Спазмы сладчайшей муки пронзали все тело до кончиков пальцев.

Резким и грубым толчком он оказался внутри, срывая с моих губ стон наслаждения.