Уведу. Добьюсь. Присвою (СИ)

А я, надо сказать, очень похож на него. Ну и дальше уже пошли сопоставления дат, разборки, скандал и всё прочее.

— Обалдеть… вот это история! — я слушала его, не дыша. — А что было дальше?

— А дальше маме пришлось заключить с отцом соглашение, что он не будет с ней судиться за право на отцовство, а она не будет препятствовать нашему общению. Она согласилась, но лишь на её территории. Боялась меня с ним отпускать. Поэтому до моих восемнадцати лет он сам всегда сюда приезжал. А уже после совершеннолетия я стал ездить к нему.

И он официально усыновил меня, своего собственного сына. Ни фамилию, ни отчество я менять уже не стал, я к ним привык. Других детей у отца нет, его жена не смогла забеременеть, и он очень рад, что у него есть я. У нас сейчас прекрасные отношения. Он чуть ли не с детства стал обучать меня бизнесу, постепенно погружая в дела. Последние годы я жил в Италии, помогая ему с его фирмой и параллельно управляя своей собственной компанией.

— Теперь понятно… — задумчиво протянула я и тут же нахмурилась.

— Но что за маскарад ты тут устроил?

— Это папина идея, — усмехнулся он. — С его российским филиалом происходила какая-то ерунда. Вот вроде и по документам всё в порядке, но предоставляемые данные вызывали у отца подозрение. У него чуйка на подобные вещи. Обычные проверки ничего не выявили. Придраться было не к чему. Тогда он решил, что нужен кто-то, кто сможет проверить всё изнутри, не привлекая лишнего внимания. Не официальный проверяющий, к приходу которого готовятся, и показывают ему то, что нужно, а вроде как шпион, засланный казачок.

Поэтому он и придумал эту тему с консультантом. Ну, и я показался ему наилучшей кандидатурой. К тому же, он давно уже хотел повесить на меня российский филиал. Отсюда и маскарад, — он ухмыльнулся.

— Ох… — я растерялась, понимая, что даже злиться на него за это смысла нет.

— Моей целью вовсе не было ввести тебя в заблуждение, но мне жаль, что пришлось врать тебе, — вздохнул он.

Да, теперь я понимала, что я тут вообще была не причём.

— Артём, так выходит, что ты всё же что-то нашёл на Глеба Михайловича? Его ведь не за домогательства уволили? — воскликнула я."

"— Да, нашёл. Ему там на три увольнения хватит. Я бы всё равно его уволил, даже если бы не было той истории с домогательством. Она лишь ускорила процесс. Я думал ещё потянуть время, чтобы выяснить побольше, но, когда узнал, что он к тебе приставал… — на его лице заиграли желваки, а руки стиснулись в кулаки.