Уравнение со всеми известными

Через минуту она принесла визитки.

Анна набрала номер главного редактора:

— Меня зовут Анна Сергеевна Самойлова. Мне необходимо срочно переговорить с Ириной Николаевной.

— Сейчас она ответить не может. Что ей передать?

— Передайте, что если она через секунду не возьмет трубку, то в следующий раз мы будем говорить в суде. Я — героиня вашего очерка из последнего номера.

— Анна Сергеевна, что стряслось? — Редактор взяла трубку через три секунды.

Та же телефонная пьеса с небольшой сменой действующих лиц.

— Ирина Николаевна, ваша публикация создала очень серьезные проблемы в моей, и не только в моей, жизни.

Я передала фотокорреспонденту снимки из семейного архива. Вместо них в журнале появляется фото меня и детей вместе со случайным соседом по столику в ресторане дома отдыха. В подписи сказано, что это мой муж.

— Что вы говорите? Не может быть! Ах, какая неприятность! Я ужасно расстроена.

— Ирина Николаевна, меня не интересуют ваши эмоции. Я прошу вас разобраться, позвонить мне через двадцать минут и сказать, как конкретно можно исправить сложившуюся ситуацию.

А как ее можно исправить? Если они дадут опровержение — это вовсе не муж Самойловой, а муж у нее другой, — поправка привлечет еще больше внимания и еще больше сплетен вызовет. Не идти же, в самом деле, с ними в суд? Идиоты! Не хотела связываться с прессой — и правильно делала, как чувствовала, что они медвежью услугу окажут. Надо прочитать, в тексте еще какая-нибудь гадость накручена. Но интервью почти дословно передавало их разговор, а комментарии были гладки, комплиментарны.

Единственная неточность — “после окончания института…”. Никакого окончания не было, это журналист сам придумал. Да и кому бы пришло в голову, что у нее нет образования. Вот и Ольга попрекала. Может, купить диплом? Медицинский, конечно, не купишь, а какой-нибудь экономический — вполне.

Седьмой час вечера, а устала чертовски, хотя толком ничего не сделано, одни разговоры. Что еще успею? Разобраться с журналом. Юре, мягко говоря, наплевать на публикацию. В центре посудачат и замолкнут через неделю.

Главное — Распутин. Влип, бедолага. Вместо секса в выходные дни разборки с женой в будни. Но вина не моя. Чья вина, пусть те и оправдываются. Связать Ирину Николаевну с Распутиным напрямую. Не хочется с ними разговаривать. Пусть Настя организует.

Анна вышла в приемную и передала секретарю распоряжение.

— Я сказала, что никого не принимаю. — Вспомнив, она кивнула на диван. — Почему эта сидела?

— Сами сказали, что я не вышибала.