Уроки куртизанки

Кого же я должен благодарить за столь высокую оценку?

– Хлою Хиллсборо, милорд.

Виктория слегка подалась вперед и жадно вгляделась в лицо спутника, чтобы уловить его реакцию на эти слова.

Улыбка Уиттинхема чуть поблекла, веселость на его лице сменилась задумчивостью.

– Вы слышали это от Хлои? – переспросил он, растягивая ее имя, будто пробовал его на вкус.

Виктория кивнула, не сводя с него глаз. Хлоя всегда отзывалась очень высоко о бывшем любовнике, но, видимо, его это не удовлетворяло. Судя по его реакции, он некогда испытывал к ней сильные чувства, и они еще не совсем остыли.

– Это и вправду высокая оценка, – тихо произнес он. Его взгляд блуждал по залитому лунным светом саду. – Она говорила вам это недавно?

Виктория пристально смотрела на него. Чувства, которые она заметила, улетучились, она больше ничего не могла прочесть по его лицу. Возможно, это из-за боли или гнева… Или же он нарочно скрывает что-то, чтобы выяснить, что ей самой известно о пропавшей подруге.

– Не совсем. Я довольно долго не получала от нее вестей. Надеялась повидаться с ней во время визита в Лондон, но пока мне это не удалось.

Виктория колебалась. Как далеко она может зайти с этим человеком? Стоит надавить чуточку сильнее, чем требуется, и он что-то заподозрит. Но возможно, у нее не будет другого шанса поговорить с ним об этом.

– Вы не знаете, где она?

Уиттинхем едва заметно вздрогнул.

– Нет. Боюсь, что нет. Некогда мы были близки, но… но некоторое время назад все закончилось.

Виктория опустила голову и залилась непритворным румянцем. Она с радостью бы задала ему еще вопросы, но ей не особенно хотелось закончить вечер в его постели. Должен быть способ обойтись без этого.

– Вы очень прямолинейны, милорд, – сказала она с тихим смехом.

Он придвинулся ближе.

– Я подозреваю, что вам это нравится.

Виктория не успела ничего ответить. Позади нее раздался голос, от которого зашевелились тоненькие волоски у нее на шее.

– Отойди.

Она повернулась и увидела Джастина, который вышел из тени. Полная луна заливала светом половину его лица, подчеркивая сжатые губы и напряжение в глазах. В его голосе слышались сильнейший гнев и властность, и у нее перехватило дыхание.

Уиттинхем с неподдельным удивлением приподнял бровь.