Уравнение с тремя неизвестными

Отец попросил Мишу починить, но тот все не мог выкроить время.

Мишу? Ах, да, это тот самый бригадир строителей, который пришел на юбилей вместе с сыном-музыкантом.

Петр Волков продолжал свой рассказ."

"– Я вылез из кустов, тоже зашел на участок и увидел Гелену, которая ходила вокруг дома и заглядывала в окна на первом этаже. Они все были темными, видимо, она ничего не видела, потому что двинулась к освещенным окнам галереи. Там я ее догнал, схватил под руку и спросил, что она тут делает. Гелена испугалась, но тут же пришла в себя и сказала, что потеряла кольцо и вернулась за ним, чтобы оно не успело пропасть.

– От кого?

– От меня, – подал голос Гриша. – Когда мама позвонила, я сразу позвонил друзьям отца. Я понимал, что маме нужна поддержка.

– И что было дальше?

– Гелена, конечно, очень разволновалась, что полиция может подумать на нас, раз мы ночью оба возвращались в дом. Мы договорились никому об этом не рассказывать. О том, что она обронила шарф, Гелена даже не вспомнила, а когда Таня позвонила, что его нашли, мы решили скрыть, что я тоже приезжал на Сокол. Я понимал, что неизбежно попаду в список подозреваемых. Но никто из нас не заходил в дом. Ни я, ни Гелена. Только Гриша. Но и он провел там так мало времени, что точно не успел бы дойти до галереи и убить Эда.

– Дядя Петя, вы точно не в себе, – мрачно заключил Киреев-младший.

– Госпожа Волкова, так с кем вы хотели поговорить в доме? – спросил Бекетов. – Историю с кольцом можете оставить для умственно неполноценных. Я в нее не поверю. Зачем вы вернулись на самом деле? У вас была назначена встреча с господином Киреевым?

– Нет, конечно нет, – пробормотала Гелена. – Это все чушь какая-то. Эдуард терпеть меня не мог. Он считал, что я разбила Петину первую семью, а потому принимал меня в доме, только чтобы не ссориться с моим мужем.

– А с кем был? – не сдавался Бекетов. – Ради кого вы вернулись?

– Со мной, – спокойно сказал Горелов.

Гелена повернулась к нему, приоткрыла рот, в глазах у нее вдруг вспыхнула такая безумная надежда, что Лене на мгновение даже стало ее жалко. Так могут смотреть и надеяться только безответно влюбленные женщины.