Управдом

Он тоже раздумывал, стоит ли откровенничать со следователем, который может его, Травина, закрыть надолго в комнате с решетками на окнах. И что ему сказать, чтобы с показаниями сделанными не разнилось.

— Знаешь, я тоже об этом думал, не сходится там что-то. Смотри, трое бандитов залезли на склад, связали сторожа, предварительно его оглушив, и начали грузить тюки на подводу. Но! Время было светлое, только-только смеркаться начало, и значит, наверняка кто-то их мог увидеть. Ограбления, они в темноте лучше получаются.

И вот копаются эти трое, материальные ценности таскают, сторож вдали лежит, на шухере не стоит никто. Когда я появился, такой большой и красивый, они совсем не испугались. Показали дорогу, и, если бы я ушел, так и оставили это. Да и сторож больно ровно лежал, словно сам прилег.

— Сторожу черепушку чуть было не проломили, — мрачно сказал Мальцев.

— Но не сразу.

— Объясни.

— Хорошо. Вот встань здесь. Представь, что ты сторож, а я грабитель. И бью тебя по голове сзади, — Травин показал, как он это сделает.

 — Куда ты упадешь?

— На землю.

— Ясен пень, что не в небо улетишь. После такого удара ноги у тебя подломятся, потому как сразу сознание потерял, руки от развернувшегося тела в стороны раскидает, и валяться ты будешь врастопырку. В такой позе тебе руки свяжут за спиной и лежать оставят на животе. А тот сторож на боку согнув колени валялся. Если так, то удар был спереди, в живот, — Сергей показал прямо на Мальцева, как бы он это сделал, — и только потом, когда согнулся от удара, по голове.

А значит, он их видел и впустил. Или кто-то ударил сзади, когда остальные стояли рядом, и он их видел, они могли подхватить тело и не дать сразу упасть. А это сторож, ему посторонних пускать на склад не велено.

— Думаешь, сговор?

— Или документ у них был, фальшивый или настоящий, — Травин сел обратно. — Тогда еще вопрос: зачем бить сторожа, если есть документ, которому он поверил? Может, чтобы показательно склад обнести, тогда сторож соучастник и по башке ему шарахнули для конспирации, но перестарались.

А сами, если бы их задержали где, просто бумажкой в нос ткнули, и все, никто ж не вчитывается, видят печать и пропускают.

— Обнести, чтобы недостачу скрыть? Но зачем это частнику? Считай, его же товар, смысл у себя самого красть? Как думаешь?

— Этого я, Паша, не знаю. У частника приказчик может быть на руку вороватый, вдруг вывозил со склада месяц добро, а как к инвентаризации подошло дело, решил подстраховаться.