Управдом

Поэтому он позволил приблизиться к себе достаточно близко и тут же сказал:

— Если вы что-то хотите узнать, товарищ, спросите. Вот это, — он кивнул на стонущего Гришу и продолжающего трясти головой Сеньку, — впечатляет. Я ничего скрывать не буду.

— Музыкант? — Травин показал на тонкие длинные пальцы Кучера.

— На фортепьяно играл, — подтвердил тот.

Тогда Сергей сграбастал руку хозяина дома и выломал ему мизинец.

— Это чтобы ты точно ничего не скрыл, — объяснил он подвывающему Кудрину, — и отвечать будешь быстро, замялся, пытаешься скрыть, ломаю следующий палец.

Иван быстро-быстро закивал головой. И рассказал дорогому гостю все, что тот спрашивал и даже не спрашивал: и про то, как Валет, из местных авторитетов, наказал за ним последить, и то, что они у Любы Акимкиной о нем все выяснили, и что Рябой полдня походил и больше уже не совался. Что Валета можно найти на малине у его биксы Клавки, лакшовки из «Ливадии», он с ней крутит уже с полгода.

— Это плохо, — покачал головой Травин, — а как я эту Клавку узнаю?

Кучер взглядом показал на стену, где висел нарисованный карандашом на листе бумаги портрет. Очень даже неплохо нарисованный, и девушка на нем была хорошенькая, непонятно как, черным по белому художник передал свежесть и молодость.

— Это откуда у тебя такое?

— Весло рисовал, — заныл Кучер, — он всех рисует. По памяти может кого угодно нарисовать.

Травин похлопал его по плечу.

— Да не вой ты так, подумаешь, пальчик, у тебя еще девять таких. А теперь расскажи мне о тех людях, которые с Пашкой Чухониным в «Ливадии» сидели, когда вы его обнесли.

А вот тут Ваня Кудрин ничего не знал. Видел этих жиганов он один раз в жизни, правда, несколько дней назад вроде и второй раз одного из них встретил на улице, и почти уверен, что тот самый, только одет был жиган по-другому, в костюмчике и штиблетах.

— Это Чуни знакомые, с ним они сидели, — простонал он, — по виду люди солидные, при деньгах, но кто такие, знать не знаю.

— Может, Валет знает?

— Может, — закивал Кучер, — наверняка может, вы уж к нему сходите, пожалуйста, я все сказал. Если даже чего забыл, вспомню, обязательно расскажу. Как на духу, только не бейте.