Человек с двойным лицом

Она улыбнулась:

– Ты хороший, и мне с тобой так легко, светло, будто и не я это, а другая – чистая да молодая.

– Прекрати, я сказал.

– Прости, больше не буду. Тебе надо одеться. А я пока сбегаю к бабке Варваре.

Маханов вопросительно посмотрел на нее:

– А если за хатой следят?

– Бурана с собой возьму – если что, голос подаст.

– Следить могут издалека.

– Погоди. Они осмотрели только заднюю сторону, от реки, значит, там их быть не должно. Я там пойду.

– Ну, так еще можно, но – только с Бураном.

– Пойду, а ты пока собирайся.

– Да, Клава, я это…

– Что?

– Нет, ничего, пока ничего.

Она вздохнула:

– Какой ты нерешительный. Можешь не говорить, я все знаю. Тебе хорошо со мной. Я уберегу тебя – не сомневайся.

Он улыбнулся:

– Я и не сомневаюсь.

Она незаметно прошла к хате бабки Варвары. Опасались напрасно – за Клавдией никто не следил: офицеры особой группы уже вернулись на свою квартиру.

Бабка давно привыкла к ночным гостям. Тихо спросила из-за двери:

– Кто там?

– Я, бабка Варвара, Клава.

Повитуха отворила покосившуюся дверь:

– Заходи. Опять с постояльцем худо?

– Худо, бабка Варвара.

– Погодь, щас соберусь, пойдем посмотрим, чего там с твоим женихом.

Клавдия зарделась:

– Да с каким женихом-то…

– Ладно, а то я не знаю. Говори, покуда собираться буду, чего с ним?

– Не надо никуда сбираться.

– Чего? – удивилась бабка.

Клава рассказала все, как есть. Попросила приютить Маханова на время.

Бабка, хитро глянула на Клавдию:

– Отчего же не приютить хорошего человека.

– Скажи – сколько, я заплачу.

– Сто рублев.

– Сколько?

– Ты что, глухая? Или дорого? Зато в полной безопасности будет. На меня никто не подумает.

– Ладно, – вздохнула женщина и протянула бабке деньги. – Так я приведу Николая?

– Не щас, щас – рано, пред самым рассветом.

– Но ведь светло будет.

– А ты огородом. Задняя калитка открыта будет. Только, Клавка, гляди, не проговорись. Я-то не выдам, а ты болтай помене.

– Да я что, враг Николаю?

– Мое дело – предупредить.

Клава вернулась в свою хату.