Газлайтер. Том 8 (СИ)

Плюс инвестиции на десяток миллионов, если вы согласитесь.

О, неплохо. Жора уже потирает лапы во сне.

— Я сообщу на ферму, чтобы вашим людям всё показали, — протягиваю Душилину руку. — О конкретных суммах поговорим, когда вы сами убедитесь в честности рода Вещего.

— Хорошо, — мы ручкаемся, и в это время Душилин шепотом добавляет: — Господин Вещий, а вы не думаете, что шаркающие по павильону мертвецы неблаготворно влияют на поток посетителей? И простите, если лезу не в свое дело…

— Да нет, — я смотрю в ответ удивленными глазами.

— Спасибо за высказанное мнение.

Душилин удаляется, а я возвращаюсь к Кире, которая грустно смотрит на пустой пятачок бетона у павильона. Пытаюсь мягко передать некромантке слова Душилина. Кира чуть наклоняет голову набок, ее взгляд выражает недоумение.

— Шеф, а разве нежить может пугать?

— Да фиг его знает, Кир. — Пожимаю плечами. Меня самого попугай-скелетон только подбешивает, а к зомбакам я вообще спокоен. Но может это дело привычки — я-то сам каких только страхоюдищ не навидался в прошлом мире.

Вот помню, как-то у дяди Федота тентакли полезли из всех мест, но ничего, плохим мужиком он от этого не стал, а его жене так еще больше стал нравиться… — Но давай попробуем, чем черт не шутит. Уберем всю твою команду в подсобку, да понаблюдаем.

— Хорошо, — неуверенно протягивает некромантка.

Решено — сделано. Через пять минут народ подтягивается и начинает спрашивать про ассортимент. И Кира сразу заулыбалась, счастливая. Ну вот и слава богу.

До конца дня «Энергосинтез» заключает десятки заказов на поставки продуктов в торговые сети.

А уже вечером, когда я сажусь в военный самолет, звонит Душилин. Он доволен осмотром фермы и согласен заключить контракт. Затем набирает Бирюзова и счастливым голосом отчитывается, что жандармы признали эффективность «Патриота». Нашего куратора в полиции представили к награде, а значит, он будет и дальше проталкивать «Патриот» к громким делам, ибо медалей мало не бывает, да и премий тоже.

Итог: все задачи в Твери выполнены, а значит можно со спокойной душой возвращаться домой.

Тем более что в Будовске у меня по-прежнему дел невпроворот.

Прибываю в усадьбу далеко за полночь. Только заваливаюсь в свою расстеленную слугами постель, как рядом оказывается нагая Лакомкка. Альва страстно прижимается ко мне и гладит мои волосы. Мягкая кожа альвы приятна на ощупь, как всегда.

— Мне вот интересно, — говорю, не раскрывая глаз. — Ты же сейчас не только голая, но и босая.