Газлайтер. Том 8 (СИ)

Черт, опять в бою проявились демонские атрибуты. Силой воли убираю их. Надо быть осторожнее.

Во второй половине ангара шум наконец стихает. Дверь отворяется, и заходят Света с Камилой. Причем брюнетка идет бодренько, а блондинка тащится следом с понурой головой. Заметив, что враги здесь уничтожены, девушки сбрасывают доспехи.

— Чисто, Мегамозг, — докладывает Камила, улыбнувшись. — Смотрю, у тебя тоже, — она бросает снисходительный взгляд на Лакомку, а потом гордо выпячивает грудь, мол, мы — боевые подруги, а ты всего лишь девица в беде.

— Спасибо за спасение!

— Да не стоит… — отстраняется от нее Камила, покраснев.

Брюнетка меня реально порадовала. Всё же на выпускном я резковато о ней думал. Она действительно молодец и всегда старается мне помогать.

— Всех убили? — спрашиваю я, кивнув на дверь.

— Одного оставили, — пожимает плечами брюнетка. — Только переломали руки, чтобы больше не брался за пистолет.

— Даня, — вдруг вскидывает голову Света. — Ты должен провести полное расследование нападения. Ты должен прочитать мысли всех участников.

Хм, не понял к чему это она? Ну я и так бы прочитал мысли того переломанного шестерки, на всякий случай, а больше-то и некого вроде как. Тем более, что маги уже прочитаны.

— Хорошо, Свет, я прочитаю бандита, — киваю.

— Не только бандита, — Света подходит близко и, задрав голову, смотрит мне прямо в глаза. А глаза ее блестят от слез.

Я замираю, почувствовав недоброе.

— Тебя, значит, тоже, — констатирую со вздохом.

— Верно, Даня, — она уже не сдерживает слез, которые бегут по ее щекам.

Камила молчит, ошарашенная. Лакомка тоже притихла.

— У тебя щиты. Будет больно, — я обязан предупредить.

— Знаю, — кивает она.

Я тоже киваю, а затем касаюсь руки Светы. Мои пальцы вспыхивают лиловым светом, обжигая нервы блондинки. Она терпит воздействие конструкта, вздрогнув и поджав губы.

Света выдыхает, успокаиваясь. Но слезы не перестают бежать. И теперь я понимаю почему.

Мои перепончатые пальцы! Да Соколовы вконец охренели!

— Виталий крышей поехал! — рычу я в ярости.

— Прости, Даня! — плачет Света уже чуть ли не навзрыд.