Убийца Богов 3: Истоки (СИ)

За столом, на чёрном троне, сидит единый, а рядом с ним, на красном стуле, Интула. Девушка записывает то, что написал Единый на вырванных листах пергамента.

— Интула… ты в последнее время, не приходила ко мне. Твоё лицо. — на щеках девушки, ещё виднелись гематомы, а губа не зажила, покрывшись багровой коркой. — Дитя… если ты ранена. Ты должна сразу идти ко мне.

Единый, положил свою руку из тьмы, на лоб девушки, и раны на лице Интулы мигом исчезли. Это было чудо. Глаза девы мерцали от счастья. Она вся покраснела, счастливо улыбнувшись.

— Спасибо… от…оте… господин.

— Отец…называй меня так. — голос Единого отдавал такой добротой, что из глаз Интулы потекли слезы. — Дитя… я долго думал, наблюдая за тобой. Ева была права… как и ты. Я ошибся в тебе. И, я хочу искупить свою ошибку. Если те, кто сейчас в пустоши, покажут доброту сердца как и ты. Я позволю им вернутся в сад. Я приду через семь дней. За это время, я сотворил мир, и думаю, они смогут подготовится к моему приходу.

— Отец… — мило улыбнулась дева, и хотела протянуть руки к Единому, но она не решалась сделать первый шаг, потому… Единый сам обнял её.

— Интула, — отпустил девушку Единый. — Я чувствую в твоём теле… зарождение жизни. Это прекрасно… Я чувствую от этого дитя, силу. Он станет тем, кто сможет менять саму судьбу. Я чувствую это.

— Спасибо отец… — Интула вытерла слёзы, улыбнулась, и продолжила работать, записывать в дневник записи Единого.

Это сцена, выглядела очень мило и на лице Евы появилась улыбка. Она сама не понимала, почему так рада за девушку. Возможно, увидев её путь, её страдания… она рада тому, что у той всё получилось.

Мир вокруг, вмиг сделал оборот. Интула, вместе с Единым, шли по пустоши где множество гнилых мертвых зверей. Где смерть, сама владычица. Единый осматривался, молча осознавая, какой Ад твориться за пределами Сада. Интула, вся побледнела. Видно, как её лицо вспотело. Видимо, сильно волнуется.

Дуэт подошли к расщелине в скале. Они шли молча. Слова в данный момент слова не к чему."

"Зайдя в еще одну расщелину, где горел костёр, а в каменных стенах проходы… Перед Единым и Интулой развернулась сцена, как всё поселение изгнанников стоят на коленях, приклонили голову. Две женщины с животами, пять детей и один мужчина… лишь Алти, приклонив колено не опустил голову. Его правый глаз, покрылся гноем. Тело всё ссохлось, а из рта текла пена.