Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Уолтер мог не знать смертельной дозы и ее эффекта. Неудивительно, что он принял свою обычную дозу, чтобы уснуть, и открыл газ. Легкий путь на тот свет!

– Если от таблетки он уже через минуту уснул. Но если снотворное действовало так же, как все остальные, то должно было пройти полчаса, прежде чем оно подействует. В таком случае смерть не стала легкой. Более того, я не понимаю, зачем он вообще принял его.

Полковник вынул изо рта трубку.

– Черт вас побери, Хемингуэй! Вам удалось меня смутить. Надо было об этом подумать… Но не было ни малейшей причины заподозрить чей-то злой умысел! Да, Гэвин являлся наследником своего брата, но Пленмеллер не был богачом! Остался дом, небольшое поместье, но, поверьте, Пленмеллер с трудом сводил концы с концами.

– Ответ зависит от положения его собственных финансов, сэр, – заметил Хемингуэй. – Судя по этому письму, оно было незавидным. «Ты приезжаешь сюда, только чтобы вытянуть из меня что-то…» – эти слова подсказывают, что он пытался добыть у Уолтера денег.

– Нет. Об этом почти не говорилось. Было совершенно очевидно, что Уолтер не смог справиться со своими проблемами. Его и раньше посещали такие мысли. Он часто говорил о самоубийстве. Никто не принимал его слова всерьез. Уолтер был слишком занят собой, бывал слезливо сентиментален и невыносимо скучен. А оказалось, что он не шутил! Такой вывод мы сделали…

– Понимаю, сэр.

– Просто вы его не знали, – заметил полковник. – Я расценил это как очередной приступ ярости Уолтера. Доктор Уоркоп называл такое поведение нервными припадками. Вы не представляете, сколько он ссорился с разными людьми! Даже на меня однажды накинулся в клубе из-за какой-то ерунды. Я постарался не обратить внимания. Он и с Гэвином так себя вел, но я уверен, что на самом деле Уолтер любил его – по-своему, конечно.