Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

– Малышка лишилась чувств, что неудивительно! – вставил Харботтл.

– Ерунда, Хорас! Она закапывала винтовку в грядке со спаржей! Знаете, сэр, я очень вам признателен. Вы все объяснили! Теперь я знаю, куда поворачивать, если вдруг забреду в тупик. А пока не стану больше отрывать вас от ужина.

После этого Хемингуэй, вытолкав возмущенного Харботтла из розария и простившись с Драйбеком, сел в машину к сержанту Карсторну.

– Куда теперь, сэр? – спросил тот.

– Какое здесь наливают пиво? – поинтересовался Хемингуэй.

– Хорошее. Можно выбрать любую марку.

– Значит, едем туда. Инспектор немного удручен, надо привести его в чувство."

"– А то вы не знаете, что я не беру в рот спиртного! – буркнул Харботтл, подсаживаясь к шефу.

– Кто говорит про спиртное? Детям – оранжад, скажите спасибо и за это.

– Перестаньте, сэр, прошу вас!

– Вам удалось выжать из Драйбека что-нибудь важное? – спросил сержант.

– Еще бы! Исчерпывающую историю преступления! – радостно сообщил Хемингуэй. – Ума не приложу, зачем вам понадобились мы с Харботтлом, когда у вас есть Драйбек? У него тренированный ум, и с его помощью он легко раскрыл преступление.

– Тренированный ум? Можно подумать, у вас не такой, шеф!

– В том-то и дело, что совершенно не такой! – жизнерадостно откликнулся Хемингуэй.

– Я чуть с ума от Драйбека не сошел! – пожаловался инспектор. – От него и от его тренированного ума. Больной у него ум, вот что! Это же надо: бросить тень подозрения на невиновную юную леди!

– Она вам приглянулась? – спросил Хемингуэй.

– Не станете же вы утверждать, что такая нежная малышка может иметь к преступлению какое-то отношение? – воскликнул инспектор.

– Нет. Я другое скажу – это вас не покоробит: нужно на все смотреть непредвзято! В речах Драйбека много смысла, если не учитывать, что он все это несет от испуга.

– Да уж, напуган он сильно!

– Естественно. Вы бы на его месте тоже боялись. Убил он Уорренби или нет, не знаю, но Драйбек доказал себе, что мог бы это сделать.

– Он допустил как минимум одну оплошность, – заметил инспектор. – Откуда ему известно, что Уорренби застрелили из винтовки калибра 0,22?

– А вы уже решили, что он знает это, поскольку сам стрелял? Может, и так, но я не удивлюсь, если тем же самым знанием владеет вся деревня.

– Если так, то виноват доктор Уоркоп, – сказал сержант, внимательно их слушавший. – Или дурень Хобкирк.