Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Вон там новые посадки: ему пришлось вырубить и продать много леса.

Хемингуэй кивнул:"

"– Таких людей осталось немного. – Он отвернулся и стал рассматривать сад Фокс-Хауса. – Что ж, попасть отсюда в цель было нетрудно. – Он заметил кресло под деревом, потом дорожку и приступку, которой она заканчивалась.

– Если пригнуться, от приступки ничего не видать, – подсказал сержант.

– Действительно. Что там дальше, за лесом?

– Роща Хасуэлла. Тропинка вьется вокруг нее. Раньше от выгона до самого луга викария рос лес.

Старший инспектор задумался, но не уточнил, о старом лесе или о чем-то другом. Несколько минут он молча смотрел по сторонам, а потом коротко бросил: «Идемте!» – и спустился на дорожку. Массивная сводчатая дверь Фокс-Хауса была по-деревенски распахнута, так что можно было разглядеть холл и резную лестницу за ним.

– Уорренби пополнял интерьер небрежно, тем, что попадалось на глаза, – произнес сержант. – Правда, в Лондоне был человек, который ему подсказывал.

У двери висел железный колокольчик. Сержант не удержался и дернул его. Эффект был мгновенным и неожиданным. Раздался истошный лай, и из полуприкрытой двери слева выскочили две мелкие, зато решительные защитницы рыжевато-коричневой масти. Одна стала грозно наскакивать на пришельцев, другая, при более пристальном рассмотрении оказавшаяся кобелем преклонных лет, довольствовалась тем, что осталась стоять, хрипло погавкивая.

– Фу, ребятки! – послышался женский голос.

– Миссис Миджхолм, – прошептал сержант.

Его взгляд, обращенный на Хемингуэя, был полон значимости, но объяснить охвативший его ужас он не успел: из гостиной выплыла миссис Миджхолм.

– О, полиция! – воскликнула она. – В воскресенье! Удивительно!

– Добрый день, мадам. Знакомьтесь: старший инспектор Скотленд-Ярда Хемингуэй, инспектор Харботтл. Они хотят увидеть мисс Уорренби.