Чехов. Книга 4

Лена же настроила водительское сиденье, которое было откинуто, повернула ключ в замке зажигания.

* * *Обратную дорогу мы ехали молча. И у меня из головы не шел разговор с Поповым по поводу души. И его слова, что журналистка одержима бесом. Раз за разом я возвращался к этой мысли.

В бесов я не верил, хотя и слышал о случаях одержимости. Чаще всего, у человека менялись вкусы, привычки, даже голос. Если изменения в поведении представляли угрозу для окружающих или самого человека, одержимого отправляли в корпус скудоумия, где лекари пытались излечить болезного.

Всю дорогу я то и дело украдкой наблюдал за Райской. Но она вела себя как обычный человек. Уверенно управляла машиной, молчала и думала о чем-то своем. Лишь когда машина подъехала к арке моего дома, она обернулась ко мне и улыбнулась:

— Была очень рада знакомству с вами, Павел Филиппович.

— Я тоже, — ответил я.

— Надеюсь, мы сможем встретиться с вами ещё? — уточнила девушка. — Я бы с радостью послушала истории про призраков, с которыми вам довелось сталкиваться.

— С радостью, — ответил я. — Когда у вас будет свободное время…

— Для молодого и привлекательного адвоката я всегда смогу найти время, — мягко перебила меня девушка.

— Даже так? — удивился я.

— Мне очень приятна ваша компания, — ответила Райская и взглянула на циферблат часов. — Просто сейчас мне пора. Прошу меня извинить, но у меня ещё много дел.

Я кивнул:

— Понимаю. До встречи, Лена.

— До встречи, — ответила девушка. — Очень надеюсь, эта она будет скорой.

Я вышел из машины, свернул в арку, направившись домой. А авто выехало на дорогу и растворилось в потоке транспорта.

Нежданные гости

Я открыл дверь, вошёл в дом и громко произнес:

— Я вернулся.

Из левого крыла тут же выглянул встревоженный Фома:

— Вашество, пока вас не было, к вам посетители приходили.

Я нахмурился:

— Кто?

Фома задумался, вспоминая имя, но быстро сдался и покачал головой:

— Забыл. Сейчас, у меня записано.

Он вынул из кармана блокнот, принялся торопливо листать страницы:

— Князь Афанасий Петрович Пожарский, — прочитал он. — С сыном. Я вам звонил, вашество. Хотел узнать, когда вы вернётесь. А вы трубку не взяли.

Я вздохнул. И точно, ведь Пожарского освободили их острога ещё вчера вечером.