Ты теперь не одна (СИ)

В ту же секунду пространство перед кофейней озарил свет фар, и возле меня остановился черный внедорожник. Пассажирская дверь распахнулась, и голос Макса скомандовал:

– Садись.

Я стояла под козырьком кофейни, ежась от порывов ветра, и никак не решалась сделать шаг. Испуганно смотрела на Макса, который недовольно хмурился, видя, что я медлю. Многозначительно приподняв одну бровь, он взглядом указал на пассажирское сиденье."

"Одежда уже стала влажной, погас свет в кофейне и потух фонарь над входом. Очередной сильный порыв ветра чуть не сбил меня с ног.

– Лесь, сядь в машину, – громко и настойчиво попросил Макс.

Я неловко сложила зонт и, наконец, забралась в теплый салон. Макс закрыл дверь, перегнувшись через меня, и сразу же тронулся с места. Я повернула голову и вздрогнула, встретившись взглядом с Антоном. Холодный, колючий взгляд коллеги проводил нас до поворота.

– Куда мы едем? – поинтересовалась я, поворачиваясь к Максу.

Он совершенно невозмутимо вел машину одной рукой, вторую положив на коробку передач.

– Пока никуда.

Меня вводила в ступор его манера вести диалог. У него что, был лимит на количество произнесенных слов в день?

– Тогда остановите у ближайшей станции метро, – попросила я, от волнения перепрыгивая с «ты» на «Вы».

– Где живешь? – Макс снова оставил мою реплику без ответа.

– Я сама доеду, – попыталась я увильнуть и вцепилась в ремешок сумки холодными пальцами.

– Скоро сильнее лить начнет, – привел весомый аргумент Макс.

Он был прав. От плотной стены дождя видимость была практически нулевая, но казалось, что Максу это не доставляет дискомфорта. Он на малой скорости ехал по проспекту, расслабленно управляя автомобилем.

– Я… – замялась, но потом не выдержала: – Что тебе от меня нужно?

– Ничего.

– Тогда зачем все это?

Меня пугало его внимание. Да и сам Макс вызывал смешанные эмоции. Я давно научилась по взгляду, жестам, мимике определять настроение собеседника, когда-то это умение спасло мне жизнь. Макс же был как каменная статуя, закрытая к тому же ширмой. Разгадать его не получалось, и это напрягало.

– Что «это»? – он говорил ровно и спокойно, снова не выражая ни единой эмоции.

– Зачем ты приехал?

– Я просто ехал мимо.