Ты теперь не одна (СИ)

Опасно им, ты посмотри!

Я тихо хохотнула, наблюдая в зеркало заднего вида за возмущающимся Иваном, который выглядел сейчас весьма потешно.

– А нельзя поручить решение проблем профессионалам? – уточнила все-таки.

– А мы кто? – Капацкий аж подпрыгнул на сиденье, оскорбленный в лучших чувствах. – Любители? Назовешь дилетантами – сама за руль сядешь, – шуточно пригрозил он, окончательно разряжая обстановку.

– Поспи, нам еще долго ехать, – шепнул Макс.

– Не могу. Боюсь, что открою глаза, а это все окажется сном, – честно призналась я.

Макс сурово нахмурил брови, но ничего не успел ответить. В его кармане завибрировал мобильный. Он немного приподнялся, доставая телефон, и отрывисто бросил в трубку:

– Да. Все в порядке.

А потом напряженно на меня глянул и протянул мне мобильный:

– Это тебя.

– Кто? – испугалась я.

– Ответь – узнаешь.

– Алло, – произнесла с опаской, прислонив телефон к уху.

– Привет, сестренка! – радостно приветствовал меня Влад, окончательно сбивая с толку. – Зря ты мне все раньше не рассказала.

– Спасибо... – только и смогла выдавить я. – Влад, родители должны уехать! На пару недель.

– Сделаю!

Сердце билось в горле, а ладони вспотели. Влад отключился, и я машинально вернула телефон Максу:

– Ты знаешь моего брата? Это он помог, да?

– Это очень длинная история.

– У нас куча времени! Макс, что происходит? Я имею право знать!

– Имеешь. Но я хочу, чтобы ты отдохнула.

– Я не устала, – упрямо настаивала я.

Макс вздохнул, укоризненно качая головой, но все же начал рассказывать:

– Колоскова подозревают в международном шпионаже и скоро посадят. Кое-кто из спецслужб связался с твоим братом, и он согласился сотрудничать.

– В шпионаже? Как это?

– Это значит, что он передает важные сведения в другую страну.

Широко распахнула глаза, пытаясь переварить информацию. Казалось, что я попала в какой-то дрянной боевик, где вдруг оказалась главной героиней.

– Его посадят, да? – с надеждой уточнила у Макса.

– Да. Но чуть позже. А пока ты должна быть от него как можно дальше.

– А родители? Мама с папой…

– Им ничего не грозит. Не волнуйся.

– Макс, ты должен знать кое о чем, – вспомнила я. – Это прозвучит как бред, и я не знаю, стоит ли об этом кому-то рассказывать, но через две недели Колосков должен покончить с собой.

Машина резко дернулась, Капацкий обалдело развернулся к нам, а глаза Макса приняли идеально круглую форму.