Ты полюбишь

То, что пока тебя не было, она развлекалась на полную катушку, грея свою задницу в постели у того же Загорского, ты уже и так знаешь, хоть и не веришь в это.

— Багров, — Саша обратился к Роме по фамилии, что происходило очень редко, — я в последний раз говорю, что ты хочешь мне сказать? Очередную чушь, что Инна спит с кем-то еще? Еще помимо меня она трахается с Загорским? Или с кем там? Кого ты нашел?

— Ярский, бл*ть, тебе какие еще доказательства нужны, что Инна твоя шлюха последняя. Она не то что с Загорским трахается, она еще для пары мужиков свои прелести подставляет.

— С чего ты взял? Потому что подружка у нее такая? Откуда такая информация?

— Я ее видел, Ольшанский в своем клубе, да много кто. Уже все знают. Один ты у нас слепой и ничего не видишь. Только веришь своей шлюхе.

— Прекрати. Еще раз ее так назовешь и я тебя уделяю на глазах у всех. Здесь.

— Я тебе докажу. Увидишь все. Собственными глазами. Как и хотел. Тогда сам первый ее шлюхой и назов…

Рома не успел договорить, как сильный Сашин кулак врезался в челюсть, издав своеобразный звук и окрашивая скатерть каплями крови из разбитой губы.

— Я предупреждал, что еще раз….

— Дурак ты Ярский. Понимаю, что любишь. Но когда ты раскроешь на нее глаза, будет больнее, чем когда-либо. Вот только ты обязательно их откроешь.

— Следи за своими бабами, понял меня? — зло отшвырнув Рому выплюнул Саша.

— Я, по крайней мере, знаю кто у меня в постеле, а ты идиот! Ничего не замечаешь, когда очевидней уже некуда.

Рома вышел из ресторана, снимая пиджак, на котором были его капли крови. Он не обернулся и не увидел, как чашка из-под выпитого Сашей кофе полетела в стену, разбиваясь на осколки. Такие же острые и неровные, такие же, как и его любовь к Инне.

— Откуда у тебя этот кулон? — спросил Саша, когда прокладывал влажную дорожку поцелуев.

— Что? Какой кулон? — томно ответила Инна.

— Бриллиантовая капля.