Ты моя половина

Она повернулась к Маше, которая на данный момент ничего не понимает, и уставилась на её живот, пытаясь разглядеть права ли она, в своих догадках.

-Нет, я … я … не…

-Эльза, Азалия, ведите себя достойно. – Строго сделал предупреждение отец.

-Мария, не обращайте внимания на резкость девочек, на самом деле новость о вашей свадьбе для нас всех стало большой неожиданностью, вот и девочки переволновались и несут всякую чушь. На самом деле они рады, как и все мы, просто они не умеют правильно показывать свои эмоции.

Эльвира Ахметовна постаралась спасти, сложившуюся ситуацию, и ей это видимо удалось по реакции Маши, так как она понимающе кивала на слова мачехи.

А вот я не успокоился, и не поверил, я с этими двумя ещё поговорю. И лучше бы им успеть придумать достойное оправдание до конца ужина, иначе у них появятся проблема в виде меня.

Чёрт, угораздило же меня поехать к ней. Как только Маша дала мне отворот-поворот, мне даже холодный душ не смог помочь, решил, что раз она мне не даёт, то я вправе взять своё в другом месте.

И вроде всё должно было быть нормально, но когда я поцеловал Мариям, то понял, что сейчас совершаю большую глупость, за которую я могу очень дорого поплатиться. Гордячка Маша такое не простит. Я бы тоже не простил, будь я на её месте. Слава богу, вовремя взял себя в руки и ушел от неё, сообщив, что это была у нас с ней последняя встреча.

-Всё в порядке.

"На этом неприятная тема закрылась, и мы продолжили ужинать, разговаривая на нейтральные темы. Близняшки молчали, а Ясмина лучезарно улыбаясь как всегда, продолжила нас радовать своими наивными и детскими разговорами.

-Отец, уже поздно, мы уже поедем, наверное.

-Оставайтесь тут, зачем уезжать туда, это разве не твой дом?! Эльвира, скажи и ты ему.

-Да, Руслан, оставайтесь, ну что это такое, в самом деле?! Разве мы не семья, не обижайте нас, оставайтесь.

Ну как тут отказаться, но проблема даже не в этом. Как мне бл*дь, сейчас им сказать, что нам нужно в разные комнаты, потому, что мы как маленькие ещё не живем взрослой жизнью в свои тридцать восемь и тридцать лет. Нас просто засмеют.

Посмотрел на Машу, та явно тоже нервничала и просто молчала, ждала моего решения, потому что сама она сейчас не в состоянии, что-либо решать.