Бывшие. Я тебя отпускаю (СИ)

— Ма-а, — тянет Алекс, — ты где была так долго? Я впустил Никиту с Женей, ничего? Я знаю, что нельзя, потому что они незнакомые, но у нас течет кран, да и Никита вроде как хозяин…

Вопросы со всех сторон, и тут Инга не выдерживает.

Оседает на стул, начинает тереть виски, переводя взгляд с меня на Жеку, с Жеки на своего сына.

— Мам, ты чего? — пацан подбегает к Инге и присаживается рядом с ней на корточки.

Женька тоже стоит рядом с ней и гладит по голове.

У меня все сжимается внутри от этой картины.

Притянула к себе этих двоих как магнитом.

Вместо этого я наливаю в стакан воды и приношу Инге. Та протягивает трясущуюся руку и забирает его, не касаясь меня.

— Все хорошо, сынок. Просто закружилась голова, — врет.

Отпивает воды и поворачивается к Жене:

— И тебе спасибо за заботу, Женечка, — улыбается. — Алекс, покажешь Жене свою клюшку? Мы пока поговорим с Никитой.

Алекс поворачивает голову и смотрит на меня с прищуром, будто оценивает, можно мне доверить свою мать или нет, а Жека начинает прыгать от радости.

— Пойдем, маленький монстр, — берет мою дочь за руку и уводит в спальню. На пороге, перед тем как закрыть дверь, замирает. Оборачивается и смотрит на меня по-взрослому: — Мам, я буду рядом. Зови, если что.

Маленький защитник. Разбирает какая-то внутренняя гордость за чужого ребенка, который понимает, что мать уязвима и боится, вдруг этой уязвимостью могут воспользоваться.

Дверь закрывается, и Инга встает.

— Сын играет в хоккей? — спрашиваю ее.

— Да. Мы завтра соберем вещи и съедем.

— Зачем? — хмурюсь.

— В каком смысле? — выпускает колючки.

— Я вас не прогонял, — складываю руки на груди и опираюсь бедром о кухонный стол.

— Мы не можем жить рядом, — ее голос дрожит.

— Почему? — выгибаю бровь.

— Что значит почему? У нас с тобой не те отношения, чтобы мы могли спокойно существовать в одной плоскости!

— Это из-за того, что ты переспала со мной за деньги? — меня бомбит, но я стараюсь держаться.

— Тише ты! — испуганно прикрывает рот ладошкой.

— Или из-за того, что тебя уволили по моей просьбе?

Я не могу понять, о чем она думает. В выражении лица лишком много испуга. Игна переводит взгляд на дверь, за которой скрылись наши дети.

— Слишком много причин, Фадеев. Даже больше, чем ты думаешь, — вздыхает устало. — Нам лучше даже не начинать, Никита.

— Чего не начинать?

— Любые отношения, в том числе и товарно-денежные.