Ты моя одержимость

Надежды на то, что Глеб не дома, у меня не остаётся, потому что я знаю, что он не упустит возможности меня в чём-то упрекнуть. Но готов ли он меня встретить? Новую меня?

глава 5

Машина останавливается у самого входа. Особняк родителей не изменился. Я рада, что Глеб ничего не менял. Ну, он немного усовершенствовал ворота, укрепил замки. Хм… вот папа ничего не боялся. Он говорил, что хорошему человеку не от кого прятаться и нечего скрывать. А во дворе всё осталось как и было. Мама долго выбирала ландшафтного дизайнера, потом ещё долго с ним же и препиралась из-за каждого куста.

Вот бы не расплакаться сейчас.

Я в детстве всегда представляла, как за мной однажды приедет принц и заберёт к себе. Ну как в тех сказках, которые мне читали. Тогда всё казалось другим.

И этот дом в детских воспоминаниях был больше. Белоснежные стены, кирпичного цвета крыша. Большие, вытянутые окна, пропускающие свет. Теперь же этот дом и эти стены вызывают у меня грусть и тоску по тем, кого я потеряла.

Делаю несколько глубоких вдохов и маленьких выдохов. Собираюсь с мыслями и переступаю порог.

Внутри изменения заметнее. Мама предпочитала в интерьере воздушность и легкость. Вся наша мебель парила, оторванная от пола, на изящных ножках. Пространства и света в комнатах хватало, поэтому мама играла с цветами, меняла акценты, добиваясь контраста.

А сейчас я вижу тяжелые, дорогие ковры, кожаные кресла и диваны, картины на стенах, глухие, плотные шторы… и о Боже, здесь появилась люстра?

Глеб окружил себя предметами роскоши.

Я бы посмеялась, если постоянно не чувствовала, что отчим вторгся в мой дорогой родительский дом и всё здесь испохабил...

Меня встречают несколько молоденьких девушек, может, на несколько лет старше меня. Новые лица. По их одежде сразу отмечаю, что форма прислуги изменилась.

-Привет, девочки, -улыбаюсь мило. -А где Вера Владимировна? -спрашиваю так же с улыбкой. Вот только на мой вопрос никто не собирается отвечать.

Три девушки, опустив глаза, смотрят в пол, и вот ни одна из них ни разу не взглянула на меня. Словно боятся превратиться в камень.