Ты мне (не) нужен

Я всхлипываю еще сильнее, цепляюсь за его рубашку. Не хочу его отпускать, чтобы не натворил еще больших глупостей. Лезть к Роберту не стоило, я уже представляю шквал комментариев в поддержку бедного побитого фотографа.

— Давай уйдем отсюда, пожалуйста, — шепчу. — Ром, идем.

Я тяну его к выходу, едва перебираю ногами и радуюсь, когда он подается. Держась за руки, мы выходим из гримерки и покидаем студию. Молча садимся в автомобиль. Я больше не плачу, видимо, меня прибило реальностью и теперь я шокировано смотрю в одну точку перед собой.

— Эй.

Рома переплетает наши пальцы, перехватывает мой подбородок, требуя посмотреть на себя.

— Всё будет в порядке, слышишь? Он больше не будет с тобой работать, я об этом позабочусь.

Я лишь киваю, сглатываю, трясусь всем телом, как от озноба, хотя в машине тепло. В голове почему-то всплывают рассказы других девушек о домогательствах. Я все время думала, что меня это не коснется: я веду себя иначе, не даю повода, прихожу только на работу и не ищу отношений с коллегами.

Как же горько осознавать, что я ошибалась.

Рома заводит двигатель, выруливает на дорогу. На полпути понимаю, что мы едем к нему. Так будет правильно, дома Олег и Пашка. Они наверняка будут спрашивать, почему я заплаканная и растерянная. Нужно позвонить Лиле, нашей няне, но у меня руки дрожат, и я понятия не имею, где сумочка с мобильным.

Вместо меня Лиле звонит Рома, вкратце говорит ей, что мы вырвались в ресторан и просит посидеть с детьми.

Стоит мне вспомнить про Андрея, как звонит мой телефон. Я дергаюсь, ищу взглядом сумочку и нахожу ее на полу у ног.

— Сонь, скажи, что ты не имеешь никакого отношения к избиению Роба, — хмурый голос в трубке заставляет меня поежиться.

Андрей прекрасно понимает, как обстоят дела. У нас ни разу не было проблем с фотографами, а Роберт не из тех, кто будет придумывать.

— Не могу, ты же знаешь.