Ты и я (СИ)

— Доброе утро, самая лучшая мамочка! — мелкий тянется и целует, куда — то в скулу.

— Ты наглый подхалим, — смеюсь."

"Егор обнимает крепче, хватка мертвая:

— Нет, правда, самая — самая. Люблю тебя, и всегда буду жить с тобой!

— Вот уж обрадовал. Я тебя тоже люблю, но «всегда» это слишком, родной, — говорю, усаживая сына на стул.

— Но лет то десять можно еще? — интересуется серьезно.

— Десять — нужно.

В дверь стучат, и Егор несется, резво спрыгну со стула. Мы оба знаем кто там.

— Сумашедшая, — выносит вердикт Аня, — Я же от тебя ушла почти в полночь, тестом и не пахло.

— Бессонница, — отмахиваюсь, — Кашу сварила. Покушайте сами, я не успеваю, — обнимаю подругу и иду собираться. Все положенные объятья, и даже больше, я получаю от рук сына, Ани, Ариши и Лены. Настроение реально улучшается.

Плюс маленьких городов в том, что все под рукой, доступно в ходе пешей прогулки. Сказать, что слишком скучаю по Питеру, не могу. Разве что культурная часть жизни уступает. Но идти вдоль набережной у моря на работу, по хорошей погоде, пусть и без солнца, доступно далеко не в каждом городе.

Хорошее настроение по чуть — чуть начинает улетучиваться в холле. Все четыре года работы меня поражает объем излучаемой моими коллегами значимости. Может, конечно, это я, и сидящие со мной в одном кабинете девчонки, проще к этому относимся. Но идя по коридору чаще можно словить надменный, или как минимум снисходительный взгляд. Каждый раз думаю о том, что не хотела бы я быть проверяемым, в Питере почему — то было проще.

Глава 4

Совещание затягивается, информативность сокращается с бешеной скоростью, децибелы возрастают, еще немного и станет неприлично громко. Единственный плюс, в такие моменты занимайся, чем хочешь. Вот я и занимаюсь, продумываю вопросы для допроса, очень важно — не давить слишком, как показывает практика, в дружественной атмосфере люди более разговорчивы. Даже сами того не замечая.

— Ия Игоревна, а что вы скажите? — Станислав Валентинович, заместитель начальника, курирующий мое направление, открывается в кресле и впивается серьезным взглядом.

Все замолкают. Полагаю, причина в том, что они немного удивлены. Совещание проходит по теме, которая совершенно ни меня, ни начальника моего отдела, ни отдела в целом. Я тут просто, как и все заместители начальников отделов, просто для мебели, — Или может, вообще не слушали?

— Если бы согласиями занимался мой отдел, то больший упор мы бы сделали на официальные информационные письма, с формами и разъяснениями.