Ты и я (СИ)

Понять о чем он думает — возможным не представляется. Вполне возможно, что это не показное, а реальное равнодушие. Всё что тут происходит, для него мелковато.

Поднимаясь домой, обдумываю, что же сказать за цветы. Егор по-любому спросит, не может не спросить, и если в день рождения выдумывать не приходится, он сам понимает, то сейчас. Не помню, когда я последний раз приходила домой с цветами, не считая дня рождения и восьмого марта. Думаете, скучно я живу? Естественно, но в эти рамки я загнала себя сама. Несколько раз, когда подруга меня просто выталкивала на свидания, и мне там дарили букеты, я их отдавала соседке снизу, и еще пару раз выкидывала.

Открыть дверь своим ключом не могу, приходится постукивать коленом в дверь, на удивление быстро дверь распахивается:

— Мааам, у нас для тебя сюрприз, идем скорее, — горланит сын, но почему — то быстро осекается.

Накрутить себя за секунду? Да, пожалуйста! Увидел цветы и расстроился, накрутит себя, и не дай бог ему станет плохо.

— Ну как так! Я думал, ты обрадуешься, а ты еще один принесла, — огонек в сыне стремительно тухнет.

И хотя причину я так и не установила, но очень хочется его приободрить. Букет всё — таки на пол, Егора обнять. Целую макушку и прижимаю к себе.

— Ну чего ты, зайчонок, — говорю, прижимаясь губами, — Ты ж мой главный сюрприз.

— Да вон, — машет куда — то мне за спину, — Тебе принесли. Первый раз такой огромный.

Оборачиваюсь и вижу огромную корзину с белыми розами. Я то и одну не знала, как объяснить, а тут. Чтоб вы понимали, я трусиха, и максимально стараюсь поймать статику в своей повседневной жизни. Всплески эмоций, не моё. Мне они дорого обходятся.

— Откуда?

— Сегодня днем принесли, — немного хмурится, — Мужчина какой — то.

— От тебя?

— Мам, ты чего? — хмурится сильнее.

— А кто кроме тебя?

— Ты хоть знаешь, сколько это стоит? — говорит максимально серьезно, как с маленькой, — У меня столько нет.

Снова прижимаю ребенка к себе. Мы с ним тактильные маньяки.

— Не надо побольше, ты же меня знаешь, остальное можно едой.

— А мы с Аней макароны варили. Я сам сыр тер, а Арина чистила сосиски.

— И ты молчишь? Специально отвлек меня этим веником, — специально театрально охаю. Надо отвлечь.

— Тебе бы только поесть, — журит сын.