Ты и я (СИ)

Двое белых на вид более менее, у рыжего уши ободраны, нос черный, глаз гноем заплыл.

— Они меня заставили, так и зафиксируйте в протоколе, — произносит не громко, вроде бы шутит, но чуть не плачет. Рыжий жалобно мяукает, Ия морщится с болью.

— Пап, мы решили питомцами обзавестись, — уверенно Вадим произносит. Глаза Ильи из орбит вылетают.

— С каких пор ты у меня жалостливым стал.

— С этих самых, — бойко отвечает, — Посмотри на них. У нас кто — то выкинул.

— А ты всё элитный поселок, элитный поселок, — не удерживаюсь, Илья ещё больше напрягается.

— Давай мы купим тебе нормального, — соглашается нехотя.

Наклоняюсь к другу.

— Что ты мне сейчас об искренности и добродетели говорил, — да уж, все мы такие, хотим всего безпроблемного.

— Пап, мы этих оставим.

Илья вздыхает в знак согласия, протяжно и тяжело.

— Благодеяния, похоже заразны, — смотрит на Ию, — Тебе одежду не жалко портить? Красивая вещица была, переводит взгляд на приплод.

— У меня их столько. Одним больше, одним меньше не страшно.

— Ты меня удивляешь, — Илью отпускает, начинает смеяться, — Я думал у вас «много вещей» в принципе понятие, как таковое отсутствует.

Ия пожимает плечами.

— Моим девочкам, кстати, понравился твой гардероб, — Ия быстренько соображает, что ещё за девочки были такие, понимание в её глазах отражается, — Просили контакты узнать.

— Тот костюм, в котором на совещании была, мне девочка наша местная шила. Почти вся рабочка от нее, ручки у нее золотые. Мы с ней познакомились давно уже, немного ей помогла когда — то, теперь вне очереди меня принимает, — говорит легко и шутливо, но я эту историю знаю, при мне она ей вещи привозила.

— Спасла от бандитов? — Илья всегда не в меру любопытен.

— От приставов, — смеется, — Госслужащие похоже будут. Вы бы знали как в конце года имущественные налоги выбивать приходилось. Не удивлюсь, если моя кукла вуду у кого — то теперь имеется.

Далее начинается устройство котят. Ия с Вадимом всё организуют, обрабатывают глаза и уши.

— Можно мы рыжего заберем себе? — ко мне подходит Егор, — Он сдохнет без мамы. Обещаю, сам буду за ним смотреть. Честное слово.

— Давай у мамы твоей спросим, помнишь же, она инстанция высшая, — чем больше общаюсь с этим парнем, тем он мне роднее становится. Странное дело.

— Она сказала нельзя. Но она к вам домой его везти боится. Мы же сначала к вам, потом только к себе.