Ты думал, я не узнаю

А теперь, пожалуйста, скажите, могу ли я вернуться к работе? Или мне предусмотрено наказание?

— Никакого наказания не будет, — бормочет в чашку главврач и прикладывается губами к ее краю, громко отхлебывая терпкий напиток. — Отчитаюсь о твоем возвращении, побеседуешь с дисциплинарной комиссией. Скорее всего, обяжут посетить психиатра, но это ерунда. Главное, раскаивайся побольше и со всем соглашайся.

Я присаживаюсь рядом.

— Как мне вас отблагодарить, Геннадий Леонидович?

— Больше не попадай в подобного рода неприятности, Варвара.

В груди разливается тепло признательности.

— Спасибо большое.

Допиваем кофе в комфортном молчании. Перед уходом главврач оглашает новость:

— Ах-да, чуть не забыл сообщить тебе, что наши китайские партнеры объявили набор на участие в трехнедельной программе по обмену опытом в медицине. Не хочешь подать заявку? Обучение стартует в марте.

— Чунцинский онкологический институт? — при произнесении вслух названия учреждения, славящегося использованием новейшего оборудования и передовыми методами лечения в области онкологических заболеваний, я едва справляюсь с контролированием внутреннего трепета.

— Да, — проснувшаяся во мне ажитация вызывает у мужчины улыбку. — Трехнедельные семинары в исполнении ведущих специалистов в сочетании с культурной программой — ну разве не сказка для наших ушей? Незабываемые впечатления и ценный опыт гарантированы.

Звучит и правда волшебно.

То, что мне необходимо.

— Я подам, — с замиранием сердца произношу я на выдохе. — Подам заявку.

Непременно.

— Хорошо, — улыбнувшись шире, Геннадий Леонидович сгибает руку в локте и собирает пальцы в кулак. — Буду болеть за тебя.

Только он за кабинет, я мчусь к компьютеру, чтобы зайти на сайт института и изучить подробную информацию о программе. Плоховато перевожу с английского и намечаю себе новую цель — подтянуть язык. Я где-то сохраняла контакты преподавателя, под чьим чутким руководством за пару месяцев подготовилась к конференции для зарубежных коллег.

"День пролетает на одном дыхании. К своему несказанному облегчению я наблюдаю, что стационарные палаты с момента моего отъезда не опустели ни на одну детскую душу. Большое счастье знать, что некоторые готовятся к выписке.