Ты будешь просить еще

На крыльце стоит отец с сигаретой в зубах. Он явно ждет меня. Шаги замедляются сами по себе, мне хочется остановиться, а лучше развернуться и бежать за Давидом, чтобы забрал обратно в гараж, чем вот такой взгляд родителя. Дмитрий Александрович наблюдает за мной, как за мышью, которую вот-вот отдадут удаву. Он глубоко затягивается, выпуская в ночь плотное облачко дыма, спускается на пару ступеней ниже, я все же останавливаюсь. Не могу идти дальше, хоть убей.

— Привет, — машу ему рукой со своего места.

— Где ты была? — ледяной тон, от которого плечи дергаются сами, и курточка сползает ниже.

Поправляю ее, кутаюсь от холодного ветра. Дождь снова расходится, я мокну второй раз за день. Отец подходит, сгребает съежившийся столбик в охапку и тащит в дом. Тут, в тепле, ставит на пол и выжидательно смотрит, но нас отвлекает Фил.

— Я убью тебя, София Дрейк! — он слетает с лестницы и натыкается на вытянутую в сторону руку отца. — Мы весь город прочесали с Марком! Какого хрена ты перестала отвечать на мои сообщения?!

— Я нашла работу, — заявляю, гордо глядя в глаза отцу.

Филипп, заткнувшись, закрывает ладонью упавшую челюсть. — И вообще, папа! — напоминаю ему. — Ты сказал «никакого контроля месяц»

— А я и не контролирую, — усмехается довольный родитель. — Курить вышел, ты же знаешь, мама не любит запах дыма в доме. Что за работа? — брат молча и крайне подозрительно смотрит то на меня, то на отца.

— Это не важно. Работа и работа. Вот, — демонстрирую свой первый смятый заработок.

— Даже первая зарплата есть! — Фил прыснул в ладони, едва сдержав откровенный гогот. А вот отец посмотрел как-то иначе и такой его взгляд мне понравился.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Молодец, — улыбнулся папочка. — Не ожидал, но ты меня приятно удивила. Посмотрим, что будет дальше. Доброй ночи, дети, — мне достается поцелуй в лоб и крепкие обнимашки, Филу пожатая ладонь и растрепанные волосы с замечанием, — Постригись уже.

— У меня тоже свобода! — напоминает братишка.

— Ага, я помню, — довольный до невозможности папа уходит наверх, и мы слышим оттуда. — Кейти! Я тебе сейчас такое расскажу! — синхронно закатываем с братом глаза и тоже тащимся к себе.

— Все разборки завтра, — пытаюсь закрыть дверь перед носом Филиппа. — А лучше послезавтра. Выйди, а. В душ хочу и спать. Устала! — смотрю на кровать и думаю, что даже душ — лишнее звено в этом списке.

Глава 17.