Ты будешь просить еще

— Мне кажется, последний раз я так боялся только когда чуть не потерял твою маму. Это особенное чувство, малыш. Когда ты мечешься и любое решение кажется неправильным, несущим в себе опасность. Тогда ты делаешь неверные шаги, ошибки и они обходятся дорого.

— А что случилось с мамой? — взгляд Дмитрия Дрейка потемнел. Он достал из кармана брюк сигареты, молча чиркнул зажигалкой и на долгие минуты уставился в почти потемневшее небо. — Пап, — потрясла его за руку. Он обжег губы фильтром и жестко выругался.

— Извини, — тут же потрепал по волосам забывая, что я уже взрослая.

— Молодой амбициозный дурак. Наделал море ошибок в наших отношениях с Кейт. Предал…

— Ты изменил маме? — сразу поняла, о чем речь.

— И не раз, — дернулся левый уголок его губ. — Вот такая вот сволочь у тебя отец, Соня. Я до сих пор не знаю, откуда в ней, тогда еще девчонке младше тебя, нашлось столько сил, чтобы вынести меня.

— Ей и сейчас непросто, — глажу папу по напряженной руке.

— Знаю, но я никогда и никому вас не отдам.

Алекс вернул мне ее с того света. Благодаря ему и силе Кейт у нас появилась ты. Я не могу лишиться всего этого. Мне страшно, — говорит совсем тихо.

А я сижу и перевариваю сказанное. Понимаю, что он опустил море подробностей, но мне и этого хватило, чтобы истерика отошла на задний план. Отец вообще впервые в жизни открылся передо мной вот таким. Простым человеком, у которого, оказывается, тоже есть страхи.

— Я ведь когда-нибудь все равно выйду замуж, — улыбаюсь, отпуская все случившееся со мной дерьмо.

Иначе это не назовешь. Ведь если справилась мама, я тоже смогу пережить эту боль. Может однажды даже вновь смогу им доверять. Смогу разлюбить…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Обязательно выйдешь. За достойного мужчину, который сможет подарить тебе сказку. Ты ведь моя маленькая принцесса. Идем, — отец помогает встать, и мы бредем за руки вдоль берега загребая босыми ступнями воду.

Больше не о чем сейчас говорить.

Все остальные слова будут лишними и неуместными. Мы просто гуляем по пляжу, кидаем камушки в воду, слушаем звуки ночного острова.

На пороге нашего дома отец вдруг остановился, потянул за руку, чтобы я на него оглянулась."

"— Прости меня, Сонь, — эти слова всегда даются ему тяжело. Я знаю, вижу сейчас. — Прости меня, — он вновь прижал меня к себе и на обнаженный участок кожи попала одна единственная капля. Папа не дал на него посмотреть. Мне и не надо.