Ты будешь моей

— Какой-то идиот остановился посреди дороги, — Костя кивнул на черный джип, стоящий впереди, — сейчас Игорь разберется и поедем.

— Я пройдусь, — вздохнув, вылезла наружу и пошагала вперед под причитания недовольного моим решением Кости. Да, ему велели глаз с меня не спускать, а сейчас, когда Макс признался, что все наши проблемы — дело рук ублюдков Азариных, мне и вовсе не стоило и шага без охраны делать.

— Кость, просто дай мне побыть одной, ладно, тут два шага, — указала рукой в сторону нужного дома и пошла дальше.

Мне необходимо было собраться с мыслями, разговор предстоял долгий и изнурительный. Уже подходя к нужному мне подъезду, заметила впереди знакомую фигурку — Катя. Склонившись над землей, девушка держалась за живот, выворачивая наружу содержимое собственного желудка. Что там говорил Макс относительно ее возможной беременности? Улыбнувшись, ускорила шаг, стремительно приближаясь к девушке. Мне оставалось несколько шагов, когда позади послышался оглушительный рев мотора, черный джип, что преградил нам дорогу, сейчас на всей скорости несся по тротуару.

— Катя, — мой крик разрезал тишину, не думая о последствиях, я кинулась к девушке, чудом мне удалось оттолкнуть ее, а следом – глухой удар, адская боль, чьи-то крики и темнота.

Глава 3

Матвей

— Отпусти, меня, блядь, — я срывался, рычал, казалось, мой отчаянный рев разлетелся на всю округу. Я ненавидел эту реальность, ненавидел себя, ненавидел эту жгучую боль, раскаленным свинцом разливающуюся в грудной клетке.

Нет. Черт. Все это лишь страшный сон, гребанный кошмар. — Да отпусти ты меня нахрен, — вырвался из захвата и с разворота двинул держащему меня охраннику Кати. Ринулся к стоящей в нескольких метрах от меня машине скорой помощи.

— Молодой человек, вам с нами нельзя, — передо мной вырос врач скорой помощи или кто он там, фельдшер? Да черт их разбери. Я готов был разорвать его на месте, он встал у меня на пути, на пути к ней, но остатки здравого не позволили мне тронуть ни в чем неповинного парня, он всего лишь выполнял свою работу, следовал долбанным правилам.

Я ей никто, совершенно чужой человек, мудак, из-за которого она оказалась здесь.

«Не она так Катя» — шепнул внутренний голос."

"Гребанный Ад, убью, собственными руками придушу тварей. Я не помнил себя от ярости, от безысходности и собственной глупости.