Ты будешь моей

Двое громил из охраны Макса расслабленно сновали по территории, не обращая на меня ни малейшего внимания. Бросив последний взгляд на машины, качнул головой и направился в дом. Стоило переступить порог, отчетливо расслышал голоса, прошел дальше и спустя несколько секунд оказался в гостиной. Макс, устроившись в одном из кресел вел разговор с сидящим ко мне спиной собеседником. Мне даже видеть его не нужно было, чтобы понять, что за черт заявился к Демину, хватило одного взгляда на гребанных павлинов в белых костюмах, что истуканом стояли по углам комнаты и напоминали мраморные статуи.

Демьян, мать его дери, всегда словно черт из табакерки в самый неожиданный момент."

"— Ты мог рассказать, что с ней произошло, — процедил сквозь зубы, когда Макс наконец заметил мое присутствие. Расскажи он мне, дай хоть один намек, я бы ни за что не сделал того, что сделал. Не посмел бы даже притронуться к ней, пока не заслужу доверие. Но он упорно молчал и плевал я на его добропорядочность, на все плевал, я должен был знать, должен был, он ведь видел, что я, сука, крышей еду, что я одержим этой девочкой и все равно упорно молчал.

Чертов сукин сын.

— Не мог, — произнес он холодно, как ни в чем не бывало и я с трудом сдержал порыв начистить ему физиономию.

— Серьезно? — раздался голос Воронцова и обернувшись ко мне, он добавил: — Ладно этот, — кивнул на Макса, — но ты, брат, мог мне обо всем рассказать. Артисты, мать вашу.

— У тебя своих проблем достаточно, какого лешего ты здесь забыл, Граф? — забыв о Максе, сосредоточил свое внимание на двоюродном братце.

В последний раз мы виделись несколько месяцев назад, тогда за ним охотились все кому не лень, многим он поперек горла встал, делал что хотел, брал, что хотел, никаких правил и никаких запретов. Неудивительно, что его постоянно пытались прикончить.

— Все мои проблемы уже покоятся на дне реки, — усмехнулся брат, — ну так что, теперь вы снизойдете до того, чтобы принять мою помощь?

— Черт с тобой, ты же все равно сделаешь по-своему, — отмахнулся Макс и перевел взгляд на меня: — значит, все знаешь?

Кивнул, не произнося не слова.

Все мое красноречие испарилось в один лишь миг, стоило мне вспомнить наполненный ужасом взгляд Лары, направленный на меня. Я лишь мог надеяться, что у меня будет время все исправить и мысленно молился, чтобы она продолжила держать обещание, данное Демину до нашего возвращения.

— Они мои, — прохрипел с трудом выдавливая из себя слова, буквально вытесняя их из ноющей груди.