Цыганка

Через пять лет после смерти деда о мастерстве отца стало известно во всем городе, и теперь он шил обувь для самых состоятельных жителей Ливерпуля. Он, как и раньше, работал от рассвета до заката и в большинстве случаев засыпал сразу после ужина. Но до сегодняшнего дня Бет была уверена, что он счастлив.

— Да что там происходит? — раздраженно спросила мать; стоя наверху лестницы. — Я слышала твои крики. Это снова крыса?

Бет испуганно вздрогнула. Несмотря на испытанные ужас и потрясение, она должна была уберечь мать.

— Не спускайся, — откликнулась она. — Я позову мистера Крейвена.

— Не годится тревожить соседей, когда они ужинают. Твой папа наверняка сам со всем управится.

Бет не знала, что на это ответить, поэтому подошла к лестнице и посмотрела на мать, надеясь что-нибудь придумать.

Алисе Болтон исполнилось тридцать восемь, но она выглядела моложе своих лет. Это была миниатюрная светловолосая женщина с огромными синими глазами, тонкими чертами и нежным цветом лица.

Светлые волосы и синие глаза Сэм унаследовал от матери, но при этом его рост достигал почти шести футов, а телосложение было крепким, как у отца.

— Бога ради, не стой там с таким бестолковым видом! — сердилась Алиса. — Скажи отцу, пусть немедленно поднимается сюда, пока ужин не остыл.

Бет сглотнула, отчетливо понимая, что сейчас ложь и туманные объяснения делу не помогут.

— Мам, он не может прийти, — вырвалось у нее. — Он умер.

Алиса ничего не понимала с первого раза. Вот и теперь она изумленно уставилась на дочь.

— Мама, он повесился, — сказала Бет, изо всех сил стараясь не расплакаться и не впасть в истерику. — Поэтому я позову мистера Крейвена. Возвращайся на кухню.

— Но Фрэнк просто не мог умереть. Когда мы пили чай, он прекрасно себя чувствовал.

Бет боролась с желанием завизжать на весь дом, а поведение матери только усиливало это желание.

Казалось невероятным, что он спустился вниз, закончил то, что запланировал на сегодня, убрал рабочее место, а затем хладнокровно покончил с собой, зная, что его жена и дочь находятся наверху.

— Он действительно умер, мама.