Цветок в мужской академии магии

— По любви? — вдруг строго спросил брат, нахмурив брови, и требовательно посмотрел сначала на меня, потом на Рейва.

— По любви! — со смехом хором ответили мы и с любовью обменялись взглядами с Арчи, не в силах отвести глаз друг от друга еще некоторое время.

Наверное, Ирвин увидел невербальное подтверждение наших отношений и заметно расслабился. Поэтому уже куда более благосклонно слушал дальнейший рассказ Арчи о доме, комнате, которую отведут для него и о Еве и ""бабулечке”.

ЭПИЛОГ

Арчи Рейв

— Не верится.

Неужели мы одни? — тихо спросил у Мии, боясь громким голосом спугнуть счастье.

Нам до последнего казалось, что на медовую неделю нас так просто не отпустят. Уж слишком быстро свернулись воины и затупились копья между новоиспеченным дядюшкой Ирвином и Евой. Казалось, что мы найдем эту парочку у себя в кармане, если зазеваемся. Эти двое выглядели слишком подозрительно, с самым ангельским видом помахивая нам вслед.

— У тебя мировая мама. Она обещала, что если заподозрит неладное, то усыпит их до нашего приезда, — повторила Мия шутку ""бабулечки” перед нашим выходом.

Хотя, в каждой шутке есть доля шутки — даже невероятному терпению мамы подходил конец. Иногда споры двоих молодых дарований, кто главнее, превращались в настоящие баталии. Но даже в этой ситуации был плюс: благодаря острой конкуренции я не беспокоился, что брат заскучает по сестренке за неделю свадебного путешествия — Ирвину был слишком занят.

— Хватит о них. Лучше скажи, тебе здесь нравится? — Я поймал Мию в ловушку между собой и перилам балкона гостиницы.

Весь красивый вид на цветущие деревья, бирюзовое озеро и ванильно-розовое небо затмил ее облик. Какой там остров Крылатых, когда я вижу только ее?

— Очень нравится, — призналась она, с улыбкой глядя мне в глаза.

Я никогда не видел ее такой, как сейчас. Глаза переливались счастьем, а в уголках губ затаилось спокойствие. Для меня не было лучшей похвалы, чем видеть, как из дерганного ""юнца” рядом со мной она стала такой умиротворенной девушкой.

Ей так крепко досталось от жизни, от одного определенного неудачника, но она смогла перешагнуть через эту стены боли и может спокойно прижиматься к моей груди. Мне, как мужчине, большего и не надо.

Хотя…

— Может, я все-таки тебе нравлюсь больше, чем местный вид? — спросил, прижимая Мию вплотную к перилам.

Запах ее волос действовал на меня, словно приворотное зелье. Стоило вдохнуть, как я живо представлял каштановые волосы, разметанные по простыне.