Без прелюдий (СИ)

Осматриваю женщину. Сегодня на ней чёрные брюки и белый длинный джемпер. Снова широкий и бесформенный. Была бы она моей женщиной, приказал бы раздеться на пороге и ходить голой, чтобы не раздражала меня безвкусными тряпками. Но у нас всё ещё впереди.

— Проходите, — взмахиваю рукой в сторону гостиной.

— Я уже, кажется, сказала, что зашла на пять минут, — не сдвигается с места Наталья.

— Двенадцать.

— Что?

— Есть теория, что нужно ровно двенадцать минут, чтобы вызвать интерес женщины.

— То есть сумку вы мне просто так не отдадите? — устало выдыхает она.

— Проходи, просто выпьем, поговорим. Приятный вечер. Не более. Чего ты боишься? — заглядываю ей в глаза. — Я не маньяк.

— Я уже сомневаюсь, — улыбается уголками губ.

— Позволь, — помогаю ей снять куртку. Позволяет.

Проходим в гостиную.

— Чувствуете? — глубоко выдыхает Наталья, осматривая закуски и вино на низком столике между кресел.

— Что?

— Пахнет вашей чрезмерной самоуверенностью.

— Я чувствую только запах твоей ненависти ко мне, Наталья. И он меня возбуждает.

— Я подозревала, что вы извращенец, но не полагала, что до такой степени, — снова усмехается.

— Один-один. Присаживайся, — указываю в кресло, тут же наполняя наши бокалы вином.

— А вы, Константин Леонидович, прям любитель выпить? — снова усмешка с её стороны. И ведь позволяет мне втянуть себя в игру.

Тогда зачем эти жеманства?

— Отчего такие выводы, Наталья? — располагаюсь в кресле напротив.

— Вчера — вино, сегодня — тоже, так и недолго спиться, — но бокал принимает.

— Хорошее вино полезно в умеренных дозах. Ты устала, я тоже. Мы просто расслабляемся, — салютую ей бокалом.

Её взгляд скользит по панорамному окну. Да, вид здесь завораживающий. Отпивает глоток вина, оставляя на краю бокала след от помады, и я на инстинктах провожу языком по её укусу на моей нижней губе.

— Константин Леонидович, ваши двенадцать минут давно начались, начните уже вызывать во мне интерес, — снова отпивает вина, делая вид, что скучает. Ммм, это уже флирт. По моему телу идёт волна тепла.

Усмехаюсь.

— Как дела у твоей пекарни? — перевожу тему.

— Вашими молитвами — плохо, — фыркает она, оттягивая ворот джемпера. Рассматриваю её шею, хочется оставить на ней свой след. — Семь минут, — напоминает она, посматривая на наручные часы, продолжая играть.